משניות שבת יג:ו

Глава тринадцатая

Мишна шестая

В этой мишне рассмотрена ситуация, при которой запрещенную в Шаббат работу «ловить» выполнили двое вместе, а не один. 

צְבִי שֶׁנִּכְנַס לַבַּיִת וְנָעַל אֶחָד בְּפָנָיו, חַיָּב. נָעֲלוּ שְׁנַיִם, פְּטוּרִין. לֹא יָכֹל אֶחָד לִנְעֹל וְנָעֲלוּ שְׁנַיִם, חַיָּבִין. וְרַבִּי שִׁמְעוֹן פּוֹטֵר:

Олень зашел в дом, и один человек закрыл за ним дверь, – он подлежит ответственности по закону Торы. Дверь закрыли двое – они свободны от ответственности по закону Торы.

Один не мог закрыть, и закрыли двое – они подлежат ответственности по закону Торы. Но рабби Шимон освобождает их от ответственности по закону Торы. 

Комментарий рава Овадьи из Бартануры:

Олень сам зашел в дом, и один человек закрыл за ним дверь – в этом и заключалась ловля(1)(2). 

Дверь закрыли двое – они свободны от ответственности по закону Торы, ведь это закон о «двух людях, вместе выполнивших одну работу»(3).

Один не мог закрыть, и этот вход всегда закрывают двое, тогда каждый выполнил работу, ведь без него это было бы невозможно(4).

Рабби Шимон освобождает…, но закон установлен не по рабби Шимону(5). 

Глава тринадцатая        Мишна шестая

Комментарий «Дополнительная душа»

(1) «Закрыл за ним дверь»

Если «олень» (или другой подобный зверь) самостоятельно «зашел в дом» (или в другое небольшое помещение, где его можно легко схватить), а затем «человек закрыл за ним дверь», то он тем самым отрезал путь к отступлению и завершил ловлю. И поэтому, если это произошло в Шаббат, то закрывший дверь «хаяв», т.е. «подлежит ответственности по закону Торы». 

В таком случае закрывание двери и есть «ловля» (Раши, Шаббат 106б; см. также комментарий рава Овадьи из Бартануры).

В этой мишне использовано слово נָעַל (нааль – буквально закрыл или запер), здесь оно переведено как «закрыл», ведь даже если человек просто закрыл дверь, не запирая ее на замок или засов, – достаточно того, что животное уже не может выйти из помещения (Мишна брура 316:20). И если дверь уже закрыта так, что олень не может покинуть дом, то разрешено запереть замок, ведь это ситуации не изменит – олень уже «пойман» в доме (Рамо, Орах хаим 316:5, Мишна брура 23).

  (2) Если птица залетела в клетку или в окно

Из сказанного в этой мишне следует, что, если в Шаббат в комнату проникло какое-либо животное, которое легко в ней поймать, то запрещено закрывать дверь даже в том случае, когда если нет намерения его ловить – все равно это «псик рейша», т.е. при закрытой двери такое животное уже «поймано», независимо от намерения человека (см. Хаей адам, Шаббат 30:2; Мишна брура 316:5). 

И если содержащаяся дома птица вылетела из своей клетки, а затем вновь залетела туда сама, запрещено закрывать дверцу клетки – ведь даже в небольшой комнате поймать птицу не просто, а значит, в комнате она «пойманной» не считается, и закрывание клетки было бы «ловлей», запрещенной из Торы (Зихру Торат Моше 33:2). Но если какое-либо животное уже находилось в небольшой комнате, где его легко схватить, то, как уже указывалось в комментарии к предыдущей мишне, его разрешено загнать в расположенную там клетку, ведь оно уже было «пойманным» и до этого (см. Мишна брура 316:58). 

И если птицу кормят в клетке, то не следует раскрывать дверцу так широко, что она могла бы вылететь, – ведь потом было бы запрещено вновь закрыть дверцу, так как это работа «ловить». И если необходимо приоткрыть дверцу шире, то следует сразу же закрыть выход рукой или телом, чтобы птица не могла вылететь – если это, конечно, не такая птица, которая сама возвращается к себе в клетку, как было уже разъяснено в комментарии к предыдущей мишне. Этот закон относится также к кормлению мелких животных, живущих в клетке (Орхот Шаббат 14:18/30/; см. также выше – мишна 13:5, комментарий 7 «Домашние животные»). 

Поскольку наши мудрецы запретили загонять свободное животное даже в большое помещение, где для его поимки понадобятся дополнительные существенные усилия (см. Шулхан арух 316:1), то, если птица залетела с улицы в окно, запрещено его закрывать. Но если это окно желают закрыть только ради того, чтобы не было холодно и вообще не имеют в виду поймать залетевшую птицу, то это разрешено (Хаей адам, Шаббат 30:2; см. также Орхот Шаббат 14:12).

(3) «Дверь закрыли двое»

Далее в мишне указывается, что, если в той же ситуации с забежавшим в небольшое помещение оленем «дверь закрыли двое», действуя вместе, то они, в отличие от одного, «свободны от ответственности по закону Торы».

Почему?

Выше, в мишне 10:5, уже приведен похожий пример. Если нарушитель «вынес каравай (хлеба или другой небольшой предмет из частного владения) в общественное владение», то он «подлежит ответственности по закону Торы». Но если этот предмет «вынесли …двое, то они свободны от ответственности по закону Торы». И там в Гемаре объяснено, что запрет Торы нарушается только в том случае, когда нарушитель выполняет всё запрещенное действие целиком. Это учат из самих слов Торы, ведь сказано: «Если кто-нибудь из народа согрешит по ошибке, сделав то, что одна из заповедей Б-га запрещает делать, и будет виноват, то …пусть принесет свою жертву» (Ваикра 4:27). А в талмудической барайте уточняется: «сделав всю работу, а не какую-либо ее часть». И точно так же при выполнении любых других запрещенных в Шаббат работ: например, двое пишут одним пером или работают одними вилами – ни один из двоих не выполняет всей работы целиком, и поэтому не нарушает запрет Торы (Шаббат 92б).

И точно так же, когда двое закрывают вместе дверь, тем самым поймав животное, зашедшее в помещение – они «свободны от ответственности по закону Торы», потому что «каждый из них выполнил лишь часть работы» (Мишна брура 316:21).

Но наши мудрецы запретили выполнять запрещенную работу даже «вдвоем», чтобы оградить людей от совершения полной работы, при которой нарушается запрет Торы (Хаей адам, Шабат 9:9; Мишна брура 347:1; см. также мишна 1:1, комментарий 6. «Половина работы» и мишна 10:5, комментарий 1 «Если вынесли вдвоем»).

(4) «Один не мог закрыть, и закрыли двое»

Но если «один не мог закрыть» – т.е. человек не мог в одиночку перекрыть вход, «и закрыли двое» (например, дверную нишу, не имеющую дверей, перекрыли тяжелым шкафом), то оба нарушителя «подлежат ответственности по закону Торы» – ведь в таком случае это обычный способ совершения такой работы, и один без другого просто не смог бы перекрыть дверь (Раши, Шаббат 106б; см. также комментарий рава Овадьи из Бартануры). А толкование «сделав всю работу, а не какую-либо ее часть» относится только к тем ситуациям, когда каждый из двоих способен выполнить запрещенное Торой действие в одиночку (см. Шаббат 92б-93а). И выше, в мишне 10:5, тоже указано, что, если «один не может вынести (тяжелую вещь) и вынесли двое, они подлежат ответственности по закону Торы» – как и здесь (см. также комментарий 2 к мишне 10:5 – «Если работу невозможно выполнить в одиночку»).

Такова точка зрения «первого мудреца» (тана кама), от имени которого приведена основная часть этой мишны (в Гемаре указано, что это был раби Йеуда; см. Шаббат 92б-93а). 

(5) «Закон установлен не по рабби Шимону»

Но рабби Шимон бар Йохай оспаривает точку зрения «первого мудреца» и «освобождает» двоих «от ответственности по закону Торы» даже в том случае, когда выполнить работу можно только вдвоем. С его точки зрения, толкование «сделав всю работу, а не какую-либо ее часть» относится ко всем тем случаям, когда одну запрещенную работу выполняют двое (или трое и т.д.) (Шаббат 93а). Ведь, по его мнению, ни один из них не выполняет всю запрещенную работу целиком, и даже в том случае, когда её невозможно выполнить в одиночку (см. Рашба, Шаббат 93а).

Но Рамбам в своем своде «Мишнэ Тора» определил закон «не по рабби Шимону», а в соответствии с мнением «первого мудреца» (тана кама), с которым полемизировал раби Шимон (Рамбам, Шаббат 10:23; см. также Шулхан арух, Орах хаим 316:5). 

В своде Рамбама сформулировано общее правило: «Всякая работа, которую можно выполнить в одиночку, но ее выполнили двое вместе, – …они освобождены от ответственности. Но если один не может выполнить работу без второго – например, оба взяли бревно и вынесли его в общественное владение, то, поскольку ни один из них не в силах выполнить эту работу в одиночку, и они выполнили ее вместе от начала и до конца – оба подлежат ответственности в равной мере» (Рамбам, Шаббат 1:15-16; см. также выше – мишна 10:5, комментарий 2 «Если работу невозможно выполнить в одиночку»).

Однако если один из двоих мог закрыть дверь (или перекрыть вход тяжелым шкафом), а второй (более слабый) не мог, и они выполнили это вдвоем, то тот, кто мог сделать в одиночку, подлежит ответственности по закону Торы, а второй, который тоже участвовал в работе, освобожден от ответственности, так как его помощь несущественна (אין בו ממש – эйн бо мамаш), даже если реально они прикладывали одинаковые усилия, ведь работа вполне могла бы быть выполнена без него. А наши мудрецы запретили принимать даже такое «несущественное» участие в запрещенной работе (Мишна брура 316:22; см. также Шаббат 92б-93а, Раши; Рамбам, Шаббат 1:16). 

Составил и перевел: рав Александр Кац

Неуслышанный крик и огонь Торы

Примеры Кодов в Торе с короткими шагами. 

(1) Первые два слова Торы: בראשית ברא – В начале сотворил... В соответствии с традицией в свитках Торы первая буква, ב «бет», пишется большего размера. В печатных экземплярах Пятикнижия имеется сноска ב רבתי –«бет» большая. Такое написание указано Устной Традицией, но не самой Торой, однако намек на него можно увидеть в тексте Торы в скрытой форме. А именно, начиная с восьмой буквы Торы, т.е. с буквы ר – реш, средней буквы второго слова ברא – сотворил, прочтем четыре буквы с шагом -1, т.е. подряд, слева направо. Получается רבתי – большая. Остающиеся справа буквы образуют при обычном чтении ב ראש, что означает «первая бет«. Буква א, следующая за רבתי и являющаяся последней буквой второго слова ברא, означает «первая». Таким образом, открывается полная фраза

ב‘ ראש רבתי  א’   🡸   בראשיתברא   🡸   בראשית ברא

что означает «Первая бет – первая большая» (из пяти больших во всей Торе). В этом примере использована кодировка с шагом -1, т.е. прочтение текста в обратном направлении, слева направо. Здесь же с шагом -1 закодировано имя Моше: 

בראשית ברא א-להים את השמים ואת הארץ

(2) В конце Торы (Дварим, 33:5) приведены благословения Моше:

.ויהי בישרון מלך בהתאסף ראשי עם יחד שבטי ישראל (דברים לג, ה)

И был в Йешуруне царь, когда собирались главы народа вместе с коленами Израиля 

По мнению Раши царь – это Всевышний, поскольку слово ויהי – и был, состоит из тех же букв, что и четырехбуквенное Имя י-ה-ו-ה. По мнению Ибн Эзры царем был Моше. Оба мнения закодированы внутри комментируемых слов, имея общую букву ה «hей» со словом ויהי – и был (Имя начинается в предыдущем стихе 4):

קהלת יעקב: ויהי בישרון מלך בהתאסף

Четырехбуквенное имя Бога י-ה-ו-ה (большие буквы) имеет шаг 6, а משה – Моше, (подчеркнуто) имеет шаг -4.

(3) Тора рассказывает о разведчиках, посланных в Кенаан (Бемидбар, 13:3):

וישלח אתם משה ממדבר פארן על פי ד’ כלם אנשים ראשי בני ישראל המה (במדבר, יג, ג).

И послал их Моше из пустыни Паран по слову Господню; все мужи те – главы сынов Израилевых они.

Комментируя слова ראשי בני ישראל המה – главы сынов Израилевых они, Бааль а-Турим пишет, что гематрия слова המה – они, равна 50. Таким образом, он поясняет, что посланные люди были שרי נ’ – предводители 50 человек (каждый).

Это выражение закодировано внутри самого стиха 

כלם אנשים ראשי בני ישראל המה

Здесь можно увидеть, что эта кодировка имеет адекватное продолжение: левее находятся идущие с тем же шагом -2 буквы יב, 12 – количество разведчиков:

כלם אנשים ראשי בני ישראל המה

Таким образом, кодировка читается так: 12 предводителей 50 человек (каждый). 

(4) Следующий пример основан на комментарии Раши к пророчеству Билама (Бемидбар, 24:22-24):

כי אם יהיה לבער קין עד מה אשור תשבך. וישא משלו ויאמר אוי מי יחיה משמו אל. וצים מיד כתים וענו אשור וענו עבר וגם הוא עדי אבד (במדבר כד, כב-כד).

Даже если и разорен будет Каин, то надолго ли Ашур уведет тебя в плен? И произнес он притчу свою, и сказал: увы, кто останется в живых, когда Бог сделает это? Придут корабли от Киттима и смирят Ашура, и смирят Эйвэра, но и сами они погибнут.

Раши говорит, что в стихе 23 Билам имел в виду אשור – Ассирию, а в стихе 24 רומיים – римлян, хотя их не существовало во времена Торы. Лучшая встреча обоих слов находится внутри стиха. Слово רומיים – римляне, закодировано с таким коротким шагом в Торе только один раз, и именно здесь:

אשור תשבך. וישא משלו ויאמר אוי מי יחיה משמו

Комментируя предыдущие стихи 20 и 21, Рамбан также связывает с ними הרומיים – римлян. Слова רומי – римский (шаг -3, подчеркнуто), и רומא – Рим (шаг -9, большего размера), с общей буквой מ – мем, внутри стихов (Бемидбар, 24:20-21):

וירא את עמלק וישא משלו ויאמר ראשית גוים עמלק ואחריתו עדי אבד. וירא את הקיני וישא משלו ויאמר איתן מושבך ושים בסלע קנך (במדבר כד, כ-כא).

И увидел он Амалека, и произнес притчу свою, и сказал: первый из народов Амалек, но конец его – гибель. И увидел он Кейни и произнес притчу свою, и сказал: крепко жилище твое, и устрой в скале гнездо свое.

Внутри этих стихов также появляется имя предка Амалека אדום – Эдом (с шагом -9), образующее с רומיים – римляне, лучшую пару:

כי אם יהיה לבער קין עד מה אשור תשבך. וישא משלו ויאמר אוי מי יחיה משמו אל. וצים מיד כתים וענו אשור וענו עבר וגם הוא עדי אבד (במדבר כד, כב-כד).

(5) Тора рассказывает о сыновьях Ицхака:

ויגדלו הנערים ויהי עשו ידע ציד איש שדה ויעקב איש תם ישב אהלים (בראשית כה, כז).

И отроки выросли, и стал Эсав человеком, сведущим в звероловстве, человеком поля; а Яаков – человек кроткий, живущий в шатрах (Берешит, 25:27).

Бааль а-Турим пишет, что гематрия слова תם – кроткий, 440, равна числу лет от вхождения сынов Израиля в Землю Обетованную до постройки הבית – Храма. Это слово с определенным артиклем ה и без него, с шагами соответственно -2 и 2 и с общей буквой ת, находятся внутри комментируемых слов ויעקב איש תם ישב אהלים – а Яаков – человек кроткий, живущий в шатрах. 

Первый Храм простоял 410 лет. Второй Храм простоял 420 лет. До возведения Храмов служба проходила в Скинии.

Как указывает Бааль а-Турим, в стихе, где еврейскому народу велено построить Скинию (Шмот, 25:8), есть намек на годы существования обоих будущих Храмов:

ועשו לי מקדש ושכנתי בתוכם (שמות כה, ח).

И пусть сделают они Мне святилище, и буду обитать в среде их.

Слово ושכנתי – и буду обитать, Бааль а-Турим делит на две части, ושכן תי, что означает: «Я буду находиться 410 (תי лет)«, количество лет, в течение которых стоял первый Храм. Бааль а-Турим добавляет, что в этом слове также есть буквы שני תך – Второй 420, намек на годы второго Храма. Таким образом, одно слово ושכנתי – и буду обитать, указывает на Скинию и оба будущих Храма. И теперь, используя метод Кода Торы, покажем, что в этом же стихе можно увидеть тот же намек שני תך – Второй 420, закодированный в форме одного выражения с минимальным шагом 2:

ועשו לי מקדש ושכנתי בתוכם

Другое ключевое слово комментария Бааль а-Турима, בית – Храм, также закодировано здесь же с шагом -1:

ועשו לי מקדש ושכנתי בתוכם

Эта встреча двух слов лучшая. Отметим, что слова שני – годы (подчеркнуто), и בית – Храм (большие буквы), образуют выражение שני בית – годы Храма.

(6) Тора говорит о том, что Всевышний изгнал Адама из Эдемского сада:

ויגרש את האדם וישכן מקדם לגן עדן את הכרבים ואת להט החרב המתהפכת לשמר את דרך עץ החיים (בראשית ג, כד).

И изгнал Адама, и поставил на востоке у сада Эдемского херувимов и острие меча вращающегося, чтобы охранять путь к дереву жизни (Берешит, 3:24).

Комментируя слова ואת להט החרב המתהפכת – и острие меча вращающегося, Тана Девей Элиягу (1:1) интерпретирует их как גיהנם – ад. Его синоним התפת – ад (Раши на ישעיה ל, לג) появляется внутри комментируемых слов с минимальным шагом 2:  

ואת להט החרב המתהפכת

Тора рассказывает о вечном завете «между (рассеченными) частями«. Это часть пророчества, данного Аврааму, во время которого:

ויהי השמש לבוא ותרדמה נפלה על אברם והנה אימה חשכה גדלה נפלת עליו (בראשית טו, יב).

И солнце было к заходу, как крепкий сон напал на Авраама; и вот ужас, мрак великий нападают на него (Берешит, 15:12).

Что так испугало Авраама? Ответ находится в комментарии Бааль а-Турима к стиху Берешит, 15:17:

ויהי השמש באה ועלטה היה והנה תנור עשן ולפיד אש אשר עבר בין הגזרים האלה (בראשית טו, יז).

И когда зашло солнце и наступила тьма, и вот, печь дымящаяся и пламя огня, который прошел промеж тех половин. 

Комментируя слова ועלטה היה והנה תנור – и наступила тьма, и вот, печь, Бааль а-Турим пишет, что их первые буквы образуют слово תוהו – пустота. Это слово закодировано внутри прокомментированных слов с шагом -4:

ועלטה היה והנה תנור

Раши видит в тех же словах ועלטה היה והנה תנור – и наступила тьма, и вот, печь, намек на גיהנם – ад. Его синоним שאול – преисподняя, находится внутри комментируемых слов с шагом -2:

השמש באה ועלטה היה והנה תנור

Кодировка слов תוהו – пустота, и שאול – преисподняя, является лучшей в книге Берешит. Именно видение этой пустоты и преисподней так испугало Авраама.

Слово תוהו – пустота, на которое указывает Бааль а-Турим, является полным написанием слова תהו из выражения תהו ובהו – пустота и хаос, второго стиха Торы. Полное написание слова בוהו – хаос, этого выражения закодировано с минимальным шагом 2 рядом с предыдущим стихом (Берешит, 15:18):

ביום ההוא כרת יהוה את אברם ברית לאמר לזרעך נתתי את הארץ הזאת מנהר מצרים עד הנהר הגדל נהר פרת (בראשית טו, יח).

В тот день заключил Господь с Авраамом союз, сказав: потомству твоему Я отдал землю эту от реки Египетской до реки великой Прат.

Из книги А. Ротенберга «И все это Истина».

Вернуться к учебе

Рав Яаков Галинский

Наш праотец Яаков пришел в Харан «и увидел: вот колодец в поле и три стада скота…» (29:2) Раши комментирует: поскольку он увидел, что они лежали, он посчитал, что они собираются собрать скот и идти домой, а не пасти его больше. Тогда он сказал им: «день еще не кончился», т. е. если вы поденные рабочие, вы не закончили свою работу. Но даже если это ваш собственный скот, «еще не время собирать скот». 

На первый взгляд, если это их скот – какая ему разница? Пусть делают со своим имуществом, что хотят. Однако дело в том, что запрет мучить животных – это запрет Торы, де-орайта (Бава Меция, 36б), а скот устремляет взгляд на пастуха, что тот приведет его на поля со свежей травой и даст ему воду. Как сказано в Мидраш раба (Шмот, 2:2), что Всевышний избрал Моше и Давида быть пастырями своему народу, проверив, как они заботятся о стаде скота. Так и праотец Яаков – когда он приходит, чтобы основать народ Израиля, он проявляет заботу о скоте. 

Однако то, что он сказал пастухам: «Если вы поденные работники, то вы еще не закончили свою работу за день», поскольку посчитал, что они уже собираются вести скот домой – непонятно. Ведь если они приведут скот к хозяевам, когда день еще не закончился, наверняка им уменьшат зарплату. Однако, возможно, что город находится далеко, и, если они отправятся в путь сейчас – придут к темноте. Тогда он сообщил им, что время работы заканчивается при выходе звезд, и только после этого работник может отправляться домой (Бава Меция, 83б). Однако сказано (там же), что это закон в рамках Торы, а на самом деле все зависит от местных обычаев. А может быть, по обычаю Харана скот возвращают за счет времени хозяина. И вообще, почему он подозревал их в том, что они желают собрать скот, может они только делают небольшой перерыв, и скоро напоят скот и вернутся на пастбище?

Однако вот что говорит Рамбам (Законы аренды, гл. 13, а.7): «Так же, как следует предостеречь хозяина, чтобы он не крал плату работнику и не задерживал ее, так и работника следует предостеречь, чтобы не крал работу хозяина и не делал перерывы — немного тут, немного там, чтобы не оказалось, что весь день он обманывает».

Рав Яаков Каменецкий уточняет: Рамбам начинает с «немного тут, немного там», а заканчивает – «весь день обманывает». Как это? Вот как Рамбам завершает: «также он обязан работать изо всех сил, как сказал праведный Яаков: «Ведь изо всех сил я служил вашему отцу» (Берешит, 31:6). Есть два вида работы: энергично или лениво. Они отличаются друг от друга как ночь и день, это два противоположных конца.  Так что если работник делает небольшие перерывы, то тут, то там, и остальную работу делает лениво, получается, что весь день он обманывает хозяина!

Именно это сказал наш праотец Яаков: даже если вы делаете перерыв на короткое время, вы как бы прекратили работать. Нет, «напоите скот и идите пасти» – изо всех сил!

Насколько это серьезно, пишет Рамбам (там же): человек должен очень следить за своим временем, ведь мудрецы сказали, что даже четвертое благословение в биркат а-мазон рабочий не должен благословлять (Брахот, 16а). Однако в «Шульхан арух», Орах Хаим, 191:2 сказано, что в наше время благословляют биркат а-мазон полностью, поскольку работодатели не считаются с этим). Сколько времени занимает четвертое благословение, минуту? Но эта минута – не его! 

Также сказано в трактате «Бава меция» (105б), что если человек несет какой-то груз на плечах, и наступило время молитвы, если этот груз весит меньше четырех кавов (около 10 литров), следует забросить его за спину и молиться. В «Берур алаха» (Орах Хаим, 97:5) сказано, что разрешение молиться таким образом – это обязанность для наемного работника. Поскольку он не имеет права нагнуться и положить груз на землю перед молитвой, а потом заново нагнуться и поднять его, он обязан молиться с таким грузом (представьте себе упаковку из шести больших бутылок!) на спине!

Наверняка некоторые удивятся: ладно, четвертое благословение в биркат а-мазон занимает минуту. Но сколько уж времени занимает нагнуться и положить груз? Ну, давайте посмотрим, что сказано в «Бава меция» (10а): «Находка работника принадлежит ему». Человек нанял работника отнести груз или прополоть поле. Тот работает и неожиданно находит, например, бумажку в сто шекелей. Наклоняется и поднимает. Пишет Раши: «Хозяин вычтет ему из зарплаты время, которое он потратил на то, чтобы поднять находку». То есть, когда работник придет к хозяину получить зарплату за день, обязан сообщить ему, что нашел что-то, чтобы хозяин вычел из оплаты время поднятия находки. 

Сколько это времени? Меньше минуты! Мгновение, два… Но они не его!

В трактате «Таанит» (23а) рассказывается, что Аба Хилкия, внук Хони а-Меагеля, был великим праведником. Когда миру требовались дожди, мудрецы посылали за ним, он молился и просил о милосердии, и шел дождь. Однажды снова наступил момент, когда нужен был дождь. Отправились к нему два мудреца. Пошли к нему домой, но его там не было. Стали его искать и обнаружили работающим в поле. Они поздоровались, но Аба Хилкия не повернулся к ним. Вечером он вернулся домой, помолился, и пошел дождь. Потом он объяснил тем мудрецам: «Я не мог приветливо поздороваться с вами, поскольку в тот день нанялся на поденную работу, и не мог прекратить ее». (Бен Иш Хай объясняет, что он поздоровался с мудрецами, не прекращая работы, но не посмотрел на них, поскольку это было бы за счет работы. А Маарша добавляет, что Аба Хилкия мог посмотреть на них, а потом вычесть это время из зарплаты, но он был очень беден, и та копейка была ему необходима!)

Только задумайтесь: сообщать хозяину о взгляде за счет рабочего времени!

Интересно, что этому принципу нас обучает наш праотец Яаков, говоря: «Ведь изо всех сил я служил вашему отцу», поэтому он так строго отнесся к тому, что пастухи зря тратили время. Как известно, наши три праотца были тремя столпами мира: Авраам был столпом хеседа, Ицхак – совершенной жертвой, что соответствует принесению жертв в Храме, а Яаков был столпом Торы, как сказано: «Истина – Яакову» (Миха, 7:20), а нет другой истины, кроме Торы (Брахот, 5б и др.).

Точно так же, как человек, нанятый хозяином на поденную работу, обязан использовать каждую секунду, так и мы пришли в этот мир, чтобы использовать каждую секунду на учебу Торы. Как сказано в трактате «Эрувин» (65а), что мы подобны поденным работникам, и то, что не успеваем за день, восполняем ночью. Мы на самом деле принадлежим Всевышнему, как раб – своему хозяину, денно и нощно, и ночь создана лишь для того, чтобы повторять выученное. Все четырнадцать лет, что Яаков учился в ешиве Эвера, он не ложился спать ночью (а только немного дремал днем), поскольку был занят изучением Торы (Раши, Берешит, 28:11)

Есть известная история о том, что жена рабби Акивы отправила его учить Тору на двенадцать лет. Через двенадцать лет он вернулся вместе с двенадцатью тысячами учеников. Услышал, как соседка смеется над его женой, мол, муж ее бросил. А жена ответила: «Если бы он спросил меня, я бы сказала ему остаться еще на двенадцать лет!» Рабби Акива тут же отправился обратно и вернулся еще через двенадцать лет во главе двадцати четырех тысяч учеников.  Возникает вопрос: если он уже проделал такой путь, пришел домой, почему не зашел хотя бы на пять минут поздороваться с женой?

Один из ответов в том, что эти пять минут – не его!

Этот же ответ мы находим в истории о Виленском Гаоне: как-то раз сестра приехала издалека навестить его. Гаон вышел к ней на порог своей комнаты и спросил, все ли в порядке в ее семье. Она ответила, что да, все хорошо. Тогда он указал на свою поседевшую бороду и сказал: «Это знак приглашения в Высший мир. Встретимся там, и тогда уже побеседуем подробно…»

Сказано в Теилим: «Вышел человек …» (104:23) В трактате «Бава меция» (83б) объясняется: вышли праведники получить свою награду, если завершили свою работу до смерти. Ведь даже в момент смерти человек должен заниматься Торой (Шаббат, 83б). Здесь, в этом мире, время не его, и его мгновения не принадлежат ему.

В трактате «Менахот» (99б) говорится: «Спросил Бен Дама, племянник рабби Ишмаэля, своего дядю: «Например я, который выучил всю Тору, могу ли я учить греческую мудрость?» Ответил ему рабби Ишмаэль: «Сказано в книге Йеошуа: «Пусть эта книга Торы не сходит с твоих уст, и трудись над ней днем и ночью». Найди время, которое будет ни днем, ни ночью, и в этом время учи греческую мудрость»».

Хафец Хаим объясняет эту историю в книге «Шмират а-лашон» (ч.2, гл.5) на примере: у одного портного было много работы, и он нанял на месяц работника помочь ему справиться с работой. Работник принес и свой заказ. Сказал ему хозяин: «Как ты можешь пользоваться моим времени, моим столом и моими инструментами, чтобы делать работу для себя?» Так и Всевышний – Он создал время, день и ночь, чтобы мы выполняли в это время работу для Него. А ты хочешь учить греческую мудрость в Его время? Ну, проверь, есть ли час, который не принадлежит ни дню, ни ночи, и в это время учи!

Об этом же сказано в «Законах изучения Торы» (гл.3, а.4) Рамбама: «Если человек должен выполнить заповедь и учить Тору, то если эту заповедь могут выполнить другие – пусть не прерывает учебу. А если нет – пусть выполнит заповедь и вернется к учебе».  Что значит «вернется к учебе»?

Да мы с этим встречаемся каждый день! Аврех пошел с ребенком к врачу, или была очередь к зубному – закончил без двадцати час. Пока добежит до коллеля – будет уже без пяти час. Ну, без семи. А в час уже молятся минху. Лучше уж сразу пойти домой. 

А кто тебе позволил, кто тебе дал право отменить эти пять минут учебы? Разве это время принадлежит тебе?! Рамбам говорит: «выполнит заповедь и вернется к учебе»!

Перевод: г-жа Л. Шухман

Все, что делал Яаков – ради Небес

Рав Шломо Левинштейн

«Яаков вышел из Беер-Шевы» (28:10)

Вот что приводится в книге «Путешествие в Пардес», написанной рабби Хаимом, братом Маараля из Праги: 

Наш праотец Яаков учил Тору четырнадцать лет и еще четырнадцать лет работал за своих жен. Сказано, что средняя продолжительность жизни человека – семьдесят лет, и четырнадцать лет – это пятая часть. Получается, что Яаков посвятил пятую часть жизни учебе Торы и еще одну пятую – исполнению заповеди «плодитесь и размножайтесь». От своих доходов он тоже отделял пятую часть, как сказано: «От всего, что Ты мне дашь, отделю Тебе десятину дважды» (28:22)

Об этом говорится у пророка Михи (7:20): «Даруй истину Яакову», слово אמת (истина) является аббревиатурой слов: жена (אשה), капитал (ממון), Тора. 

Рабби из Шинавы добавляет: гораздо легче поститься в Йом Кипур ради Небес, чем есть чолнт в Шаббат ради Небес. 

Известно, что заповеди, от которых тело получает удовольствие, гораздо тяжелее выполнять ради Небес чем те, которые не приносят телу удовольствия. 

Получается, что зарабатывать деньги и жениться ради Небес гораздо тяжелее, чем учить Тору ради Небес. 

Это и имеется в виду в сказанном «даруй истину Яакову» – у нашего праотца Яакова как учеба Торы была лишь ради Небес, так и жены, и деньги. Об этом говорит царь Шломо в «Коэлет» (4:9): «Лучше двое, чем один, поскольку есть у них хорошая награда за труд». «Лучше двое» – это жена и деньги, «чем один» – это Тора, поскольку в учебе Торы ради Небес нет ничего особенного, а вот жениться и зарабатывать деньги ради Небес – это уже намного тяжелее, так как здесь присоединяется физическое удовольствие. Поэтому, если это удается, «есть у них хорошая награда за труд (над ними)» – награда за это больше.

Перевод: г-жа Л. Шухман

БЕЙТ ЭЛОКИМ

Рабби Моше бен Йосеф из Терани (а-Мабит)

Раздел «Тфила»

Глава 12. Часть 3

До тех пор, пока человек не обнародует свое раскаяние… Всевышний не будет помогать ему, чтобы общество не заблуждалось, считая его злодеем и видя, как Всевышний благословляет его. 

Эта идея видна и в главе «Хелек», где сказано о Давиде, что он хотел сделать вид, будто поклоняется идолам, как написано: «И Давид пришел к вершине…». Он решился на такой поступок из опасения, что сыновья Израиля, считающие его праведником, увидят теперь зло, постигшее его, когда его сын восстал против него, намереваясь убить его, и это может привести к осквернению Имени Всевышнего. Из этого видно, что раскаявшийся грешник должен обнародовать свой грех и исповедаться публично, чтобы не было осквернения Имени для тех, кто не знает, что он раскаялся, если Всевышний помогает ему вследствие его тайного раскаяния. И пока он не обнародует свое раскаяние, Всевышний не благословит его явным образом, чтобы не было несправедливости в глазах мира. Теперь важность молитвы за других разъяснена.

Нам осталось еще объяснить то, что мы видим в Торе и книгах пророков: когда сыновья Израиля оказывались в беде, они приходили к пророку, прося его помолиться за них Б-гу, чтобы Он спас их от беды. Как в истории о тех, кто жаловался [на условия жизни в пустыне после Исхода]: когда на них вспыхнул огонь Г-сподень, народ возопил к Моше, Моше помолился Г-споду, и огонь утих. Здесь видно, что их крик был обращен к Моше, чтобы он помолился за них, и он помолился, и Всевышний услышал его молитву. Также в книге Шмуэля сказано: «И весь народ сказал Шмуэлю: «Помолись за рабов твоих Г-споду, Б-гу твоему, чтобы мы не умерли, ибо прибавили мы ко всем грехам нашим зло, прося себе царя»». 

То же мы находим в книге Йирмеяу – царь Цидкияу послал ему: «Прошу, помолись за нас Г-споду, Б-гу нашему». И также военачальники просили его (Ирмеяу, 42): «Пусть наше прошение падет перед тобой, и помолись за нас Г-споду, Б-гу твоему». И также мы находим в Брахот, 34, что раббан Гамлиэль послал пару мудрецов к рабби Ханине бен Доса с просьбой, чтобы тот помолился за его больного сына. И также раббан Йоханан бен Закай сказал (там же): «Ханина, сын мой, попроси о нем милосердия, и он останется жить». Рабби Ханина опустил голову между коленями и попросил о нем милосердия, и он выжил. И раббан Йоханан бен Закай сказал: «Если бы Бен Закай провел весь день, распластавшись в молитве о нем, на него бы не обратили внимания…». Тому подобное происходило и в других поколениях (Таанит 23).

И, как мы написали в первой главе, разъясняя понятие «молитва», кажется неправильным обращаться к человеку с просьбой помолиться Всевышнему за другого, потому что одно дело, если он сам молится за своего ближнего или за все поколение – в этом нет проблемы, но когда к нему приходят люди и умоляют его помолиться за них Б-гу, это выглядит как установление посредника между ними и Всевышним, а это великий грех. Так видно из сказанного рабби Юданом в Иерусалимском Талмуде (глава «А-роэ»): «Если к человеку, у которого есть покровитель, приходит беда, он не входит к своему покровителю сразу, а идет и встает у ворот его двора и зовет кого-то из его домашних, а тот сообщает ему: «Такой-то человек ждет снаружи». Но Святой, благословен Он, не таков. Если к тебе приходит беда, не зови ни Михаэля, ни Гавриэля [имена ангелов], а кричи, взывая к Нему, и Он ответит тебе, как сказано: «Каждый, кто призовет имя Г-сподне, спасется»».

Отсюда ясно, что человеку не дозволено взывать ни к Михаэлю, ни к Гавриэлю, а только к Всевышнему, как сказано в упомянутом отрывке Талмуда: «Не зови ни Михаэля, ни Гавриэля». Потому что дозволено молиться только Б-гу, чтобы Он послал ангела дать человеку то, в чем он нуждается. И если так, то каким образом было дозволено просить пророка, чтобы он молился за народ?

Мы можем предложить следующий ответ: молиться запрещено ангелам или каким-либо высшим силам, чтобы они были посредниками между нами и нашим Создателем. Но к людям, живущим в низшем мире, к праведникам, чьи молитвы должны приниматься, не запрещено обращаться по двум причинам.

Во-первых, потому что по отношению к ангелам, обитающим в среднем мире [то есть, с одной стороны, они все еще творения Б-га, подчиненные Ему, а с другой, относительно нас они уже называются «высшими силами»], люди могут ошибочно полагать, что они способны приносить благо или вред и что подобает молиться им из-за их собственной силы. Но по отношению к обитателям низшего мира не может быть такой ошибки, поскольку они состоят из тех же четырех элементов, что и все остальные люди. Как сказали мудрецы о подстрекателе, который пытался убедить людей служить ему как божеству: даже если человек согласился служить ему, он не карается смертью до тех пор, пока не начнет служить на самом деле, потому что людям свойственно относиться к этой идее с иронией, говоря: «Чем он отличается от нас?» [То есть по умолчанию мы не поверим, что человек всерьез отнесся к идее служить себе подобному как божеству, пока он не сделает этого.]

Второй причиной является то, что высшие силы не подвержены процессам, происходящим в этом мире, и соответствующим недостаткам. Им ни о чем не нужно молиться Г-споду, кроме как прославлять и восхвалять Его великое Имя – каждому по мере своего постижения. И поэтому, если люди молятся этим силам, то ошибаются, полагая, что так же, как ангелы сами не подвержены материальным процессам и недостаткам, они могут и обеспечить нужды каждого и спасти людей от бедствий преходящего мира и его недостатков.

Но люди, даже если они праведны, подвержены бедам и изменениям этого мира. Поэтому, когда к ним приходят с просьбой помолиться за них, нет места для ошибки на их счет, ведь и с ними может произойти та же беда.

Вот почему народ сказал Шмуэлю (Шмуэль I, 12): «Помолись за рабов твоих Г-споду, Б-гу твоему, чтобы мы не умерли». То есть, хотя Г-сподь – твой Б-г, и Он спасает тебя от всех бед мира, все равно ты такой же человек, как и мы, состоящий из тех же элементов. И также военачальники сказали пророку Ирмеяу (Ирмеяу, 42): «Помолись за нас Г-споду, Б-гу твоему». Но Цидкияу, будучи праведником, послал к Ирмеяу такие слова (там же): «Помолись за нас Г-споду, Б-гу нашему», то есть мы все равны в служении Ему и признаем Его власть.

А ценность молитвы, прочитанной еще до того, как случилась беда, объясняется тем, что сказано в главе «После вынесения приговора» (Санедрин, 42б): «»Приготовит ли человек свой вопль в беде и все усилия». Сказал рабби Элазар: человек всегда должен предвосхищать беду молитвой, ибо если бы Авраам не предвосхитил беду молитвой между Бейт Элем и Аем, не осталось бы ни одного из врагов Израиля [так мудрецы зачастую иносказательно называют еврейский народ, когда говорят о возможной гибели, не желая связывать эти понятия прямым текстом]».

Здесь объясняется, что молитва принимается из-за того, что она была произнесена прежде, чем случилась беда, и тому есть две причины. Первая причина – со стороны молящегося, так как его молитва, произносимая не во время беды, важна для Всевышнего, потому что человек молится не в поисках выгоды. Ведь сейчас он в безопасности и благополучии. Но он понимает и признает: все, что случится с ним – добро или его противоположность, даже спустя много времени – исходит от Всевышнего. Но когда он молится во время беды, кажется, что, если бы эта беда не пришла к нему, он бы не молился Всевышнему и не признавал бы и не думал, что его может постигнуть беда, пока этого не произошло.

Вторая причина – со стороны Всевышнего, Который принимает и слышит молитвы из уст каждого, потому что, хотя Он может спасти во время беды, и прежде, чем она обрушится на человека, приготовит исцеление, все же легче спасти того, кто молится до наступления беды. Тогда Всевышний устраивает дела таким образом, чтобы беда не настигла человека, и это лучше, чем потом нарушать законы природы, чтобы спасать его, когда он уже пойман в сети бед и страданий. И все же Всевышний обещал сыновьям Израиля, что услышит их молитвы, даже если они будут молиться во время беды. Как сказано (Дварим, 4): «Когда тебе будет трудно, и настигнет тебя все это… И ты возвратишься к Г-споду, Б-гу твоему и т. д.» Таким образом было показано, что нужна великая тшува (раскаяние), чтобы быть спасенными от бед, которые уже настигли их, как сказано: «И возвратишься к Г-споду, Б-гу твоему, и послушаешь Его голос и т. д.», и сказано: «Ибо милосерден Г-сподь, Б-г твой, и т. д.».

Потому что по Своему милосердию Он спасет их от беды, которая уже постигла их. А если бы молитва была произнесена до того, как случится беда, не нужно было бы такого полного раскаяния, чтобы оно достигло Престола славы, как сказано: «И возвратишься к Г-споду…» (Йома, 86). И так же сказал Йона (2): «Я взывал к Г-споду в беде моей, и Он ответил мне» – когда беда была на мне, и я был в ней, Г-сподь ответил мне. И нет нужды говорить, что Он спасает их от беды, когда она уже пришла, но также Он улучшает их положение, как если бы беды вообще не было. Так как не похож тот, кто спасен от беды, которая еще не настигла его, на того, кто пережил беду и был избавлен от нее, потому что у того, кто уже был в беде, на душе остается след этой беды, даже если он спасся от нее. А если человек был спасен так, что беда даже не пришла к нему, его спасение совершенное, без какого-либо следа от нее. Поэтому Давид сказал (Теилим, 118): «Из теснин я взывал к Г-споду, Г-сподь ответил мне и сделал для меня простор», потому что Всевышний не только ответил мне, когда я, будучи в беде, воззвал к Нему, но ответил так, как если бы я взывал к Нему, когда у меня все было хорошо, и не осталось во мне следа от той беды – она полностью исчезла, как если бы ее не было. Итак, разъяснена ценность молитвы за других и молитвы, которую произносят не во время беды.

Перевод – О. Климовский