Как любить детей и жену?
Урок Рава Игаля Полищука на семинаре в Швейцарии (Май 2023 г.)
Ваера. Вера – непременное условия Геулы
Вера – непременное условия Геулы
Рав Шимшон Давид Пинкус
«По Имени Г-сподь Я не открывался им» (Ваэра 6:3)
Раши: «Сказано не «Я не сообщал им» а «Я не открывался им», Я не открывался им Своим качеством Истинности, о котором сказано: «Мое Имя – Г-сподь, верен исполнить обещанное», поскольку Я пообещал им и еще не исполнил.
Любое дарование состоит из двух этапов
Великий рав Йерухам Лейвович, духовный наставник в ешиве «Мир», учит их этих слов Раши важный принцип, по которому Всевышний управляет этим миром.
Любое дарование Творца человеку происходит в два этапа. Вначале дается обещание без исполнения. И именно, то, что человек не получает на данном этапе, это не «просто так», потому что еще не наступило время исполнения обещания. Дело в том, что этим святым Именем Всевышний раскрывает правление миром в форме, которая не подразумевает немедленного исполнения обещанного. После этого, на втором этапе, раскрывается правление «Мое Имя – Г-сподь», силой которого подтверждается обещание и исполняется на деле.
Давайте объясним это. Дело в том, что мир управляется двумя путями: мерой Милосердия и мерой Суда. Все, что делает Всевышний, соответствует и мере Суда, и мере Милосердия.
На самом деле, любое дарование Всевышнего – это Его Милосердие. С другой стороны, Всевышний дает только то, что положено по суду, как сказано: «Царь судом устанавливает землю» (Мишлей, 29:4). В этом нет противоречия, поскольку идея в том, что, чтобы человек удостоился хеседа Всевышнего, получил что-то от Него, он должен заслужить это по закону своими деяниям – как сказано «дайте мощь Г-споду» (Теилим, 68:35).
Об этом сказано в стихе: «Если будете слушаться Моих заповедей… дам Я дождь вашей земле» (Дварим, 11:14). Есть закон природы: чтобы пошел дождь, необходимы молитвы. Так и для того, чтобы раскрылось правление «Мое Имя – Г-сподь», как объяснил Раши «Своим качеством Истинности», следует вначале пройти этап, который называется «вера». Верить и полагаться на Творца.
Поэтому и есть необходимость в том, чтобы Всевышний пообещал и не сразу исполнил: чтобы человек положился на Всевышнего и поверил Ему, как наши святые праотцы, которые «не сомневались в Моих качествах» (Раши на стих 9). После того, как проходят этот этап, приходит второй этап, когда Всевышний реализует сказанное и исполняет Свои обещания. Но без того, чтобы пройти первый этап, нельзя реализовать второй. Таков порядок управления Творца.
До сих – объяснение слов рава Йерухама Лейвовича. Далее добавим еще один момент.
«Буду Тем, Кем буду»
В предыдущей главе рассказывается, что Моше рабейну спросил Всевышнего: «Вот, я приду к сынам Израиля и скажу им: «Б-г ваших отцов послал меня к вам», а они спросят меня: «Как Его Имя?» Что мне ответить им?» На это Всевышний отвечает: «Сказал Всевышний Моше: «Буду (אהיה) тем, Кем буду. Так скажи сынам Израиля: אהיה послал меня к вам!» В Мидраш раба мудрецы говорят: «Всевышний сказал Моше: «Ты желаешь сообщить Мое Имя? Я называюсь в соответствии со своими деяниями: Меня называют «Б-г Всемогущий»,»Б-г Воинств», Б-г, Г-сподь. Когда Я сужу Свои творения, Я называюсь «Б-г»; когда Я воюю с злодеями, Я называюсь «Б-г Воинств»; когда Я не взыскиваю с человека за грехи немедленно, я называюсь Б-г Всемогущий; когда Я проявляю милосердие к Своему миру, Я называюсь «Г-сподом», поскольку «Г-сподь» – это мера Милосердия, как сказано «Г-сподь, Г-сподь, милостивый и милосердный». То есть, Имена Всевышнего – это проявления Его действий в нашем мире.
На первый взгляд есть здесь удивительная вещь. С одной стороны, мудрецы объясняют нам, что, когда Моше рабейну спросил Всевышнего о Его Имени, Он, по сути, не ответил ему, а только сказал, что Его называют в соответствии с Его проявлениями. С другой стороны, в стихе прямым текстом сказано, что Всевышний ответил ему: «Буду Тем, Кем буду», слово «буду» на иврите אהיה, то есть Всевышний сказал Моше Святое Имя – אהיה.
Что это значит?
Раши пишет, что Имя «буду Тем, Кем буду» означает: «буду с ними (евреями) в этой беде, и точно так же буду с ними, когда они будут находиться под гнетом других царств».
Всевышний управляет этим миром по-разному: Он и вершит Суд, и творит Милосердие.
Есть очень важный принцип: хотя есть разные виды управления миром, но есть один вид, который проходит от одного конца мира до другого, это внутренний корень всего. Какой именно? «Все, что делает Милосердный – к добру» (Брахот, 60б). Абсолютно все деяния Всевышнего совершаются только лишь к добру!
Все деяния Всевышнего к добру – это чудо!
Как обычно понимается это выражение? Что даже если Всевышний наказывает, в конечном итоге это будет к лучшему. Человеку «выгодно» смириться с наказанием, как-то объяснив его себе, поскольку благодаря этому он удостоится Будущего мира.
Однако если речь о том, что несмотря на то, что мы не понимаем и не осознаем добро, заложенное в этом, и в любом случае это хорошо – мудрецы не говорили бы: «Этот мир не таков, как Будущий мир. В этом мире на хорошие новости мы благословляем: «Благословен Добрый и Дарующий добро», а на плохие – «Благословен Судья праведный». А в Будущем мире на все – «Добрый и дарующий добро»». Но ведь и сейчас мы могли бы благословлять «Добрый и Дарующий добро», ведь даже если мы не видим это добро, нам говорят: знайте, что все к лучшему и мы верим, что так оно и есть. Так почему же не благословить «Добрый и Дарующий добро»?
Дело в том, что все гораздо глубже. Неверно будет определять все, что происходит в мире, как добро.
Правильное понимание выражения «Все, что делает Милосердный – к добру» таково: каждое действие, каждая вещь, все, что Всевышний создал в этом мире, включая Суд, все чудесным образом сделано к добру. Не то, что можно это повернуть или посмотреть только на хорошую часть, это само по себе добро! Как именно? В этом и заключается чудо. Это действительно две противоположные вещи, и тем не менее, соединение между ними существует в реальности!
В этом мире на плохие вести мы благословляем «Судья праведный», а не «Добрый и Дарующий добро», поскольку это на самом деле Суд, это наказание, это зло и тьма. Однако, вместе с тем, совершенно чудесным образом – это к лучшему!
Пока мы не осознаем этого, настоящим пониманием будет «Судья праведный». Не потому, что мы не видим истины, а потому, что в будущем раскроется это чудо, что «Судья праведный» будет Сам по себе «Добрым и Дарующим зло». Мы не ошиблись, «Судья праведный» станет добром совершенно чудесным образом.
Когда Моше рабейну спрашивает: «Что мне сказать им?», Всевышний отвечает: ты желаешь узнать Мое Имя? У меня есть множество разных способов управления миром, но я скажу тебе одну вещь, которая является внутренним корнем всего: «Буду Тем, Кем буду», т.е. в будущем истина раскроется, и тогда ты поймешь, что все, что Всевышний делал – к лучшему. Раши же объясняет нам, что и сейчас это так. «Буду с ними в этой беде» – все беды, которые Всевышний обрушивает на человека, это на самом деле беды, но чудесным образом вместе с бедами и Всевышний тоже находится с ним.
Вера – там, где логика и разум не работают
Это, по сути, и есть качество, называемое «вера». Мы привыкли думать, что «вера» – это обязанность верить в Творца. Это правильно, но есть здесь и более глубокое понимание.
Однажды спросили рава из Бриска: «В будущем, когда мы будем видеть истину своими глазами, разве останется место для веры?» Рав ответил: «Место вере останется всегда! Как бы мы ни старались постичь истину – никогда не поймем до самого конца. Всегда останется какая-то глубокая часть, которую мы не сможем постичь. Вот там-то нам и нужна вера!»
Получается, что простое понимание, что такое вера – это верить во что-то, что абсолютно противоречит разуму!
Как мы уже объясняли вначале, есть порядок действий – мысль, речь и действия, которые требуются от человека, чтобы удостоиться хеседа Творца. Он должен думать мысли, укрепляющие его в вере, пользоваться силой речи для учебы Торы и молитвы, и исполнять заповеди. Таков порядок, согласно которому человек удостаивается хеседа Творца и изобилия добра от Него.
Однако есть один вид добра, которое Всевышний дает человеку чудесным образом, вне всяких порядков и законов природы. Чтобы удостоиться его, нужна вера! Человек должен верить, что Всевышний управляет миром не только согласно законам, видимым глазу, но есть в управлении Всевышнего части, которые не поддаются никакому пониманию. Тот, кто верит в это – на самом деле удостоится такого!
Эта вера тоже делится на три части – мысль, речь и действие, и мы объясним по порядку. Мысли – это то, что сказано о наших праотцах: «Не сомневались в Моих качествах». А именно – нужно знать и понимать, что все, что Всевышний совершает, все управление, которое мы видим в этом мире, не только в итоге приведет к добру, но и уже является добром.
В этом и заключается глубокий смысл слов Раши: ««Сказано не «Я не сообщал им» а «Я не открывался им», Я не открывался им Своим качеством истинности, о котором сказано: «Мое Имя – Г-сподь, верен исполнить обещанное», поскольку Я пообещал им и еще не исполнил». Это ведь было невероятно: Всевышний обещает и не исполняет! И тем не менее, они «не сомневались в Моих качествах», не задавали никаких вопросов!
Если бы Всевышний желал, чтобы наш праотец Авраам удостоился лишь обычного, естественного Провидения, Он бы удовлетворился тем, что Авраам бы совершал обычные поступки, согласно естественному ходу вещей. Но Всевышний желал раскрыть Аврааму Свое качество Истинности – что все, что с Авраамом произойдет, чудесным образом обернется к добру. Чтобы удостоиться этого, Авраам должен был приобрести непоколебимую веру в Творца. Для этого Всевышний поместил его как бы во тьму, подверг его таким тяжелым испытаниям, до такой степени, что все казалось ему тьмой, не было ни одного лучика света и там, в этом положении, дал ему нелегкую задачу не сомневаться в качествах Творца!
У понятия вера есть два смысла: один – верить, а другой – доверять. Духовная работа человека заключается не только в вере в то, что все, что делает Всевышний – к лучшему, и что Его добро – выше любого постижения. Он еще и должен довериться Всевышнему и положиться на него, что все Его деяния – к добру, выше всех рамок природы.
Человек знает свои таланты и способности, ожидает от себя достичь определенного уровня и в соответствии с этим устраивает свою жизнь.
Однако он должен знать основное правило: «Все зависит от большинства поступков» (Авот, 3:15). А именно – Всевышний воздает человеку в зависимости от поступков, которые тот совершает.
Так и в сфере веры. Если человек посмотрит на себя и определит свои возможности: насколько он способен духовно вырасти, что способен постичь, сколько листов Гемары может вложить в свою голову и в соответствии с этим установит порядок своей жизни, по всей вероятности, она так и будет проходить.
Однако тот, кто верит в Творца, кто доверяет Ему, что все, что Он делает – к добру, и чудесным образом понимает, что даже если Всевышний создал его с разными ограничениями, эти ограничения вовсе не определяют возможности Торы, молитвы и хеседа Творца, которые человек в состоянии внести в ход своей жизни. Это для него вовсе не является противоречием. И соответственно он не будет сомневаться в качествах Творца – почему, мол, Он создал его таким ограниченным.
Это первая часть духовной работы: не сомневаться в качествах Творца и верить, что мы способны достичь величия.
Вторая часть – это речь, а именно, молитва. Каждый человек молится лишь о том, что имеет к нему отношение. О том, где у него нет никакой принадлежности, он молиться не будет.
Известны слова Ибн Эзры по поводу запрета «не возжелай». Он задает вопрос: «Многие люди будут удивляться по поводу этой заповеди: как вообще человек может не желать в сердце всех красивых вещей, чей вид приятен взгляду?» И отвечает: «Приведу пример. Знай, что любой здравомыслящий крестьянин не пожелает в сердце царской дочери, даже если она красавица, поскольку знает, что она для него недостижима. Точно так же, как человек не возжелает своей матери, даже если она красива, поскольку с детства его приучили, что она ему запрещена. Так и любой разумный человек должен понимать что не получит красивую женщину или богатство благодаря своему уму и мудрости, а получит только то, что дарует ему Всевышний. Как сказано в «Коэлет» (2:21): «Человеку, который не трудился, даст его удел». Объясняют это мудрецы в трактате «Моэд катан»: «Детей, жизнь и пропитание человек получает не по заслугам, а в зависимости от его мазаля (судьбы)». Так что разумный человек не будет желать и вожделеть. Если он знает, что жена другого запрещена ему, в его глазах она будет более недосягаема, чем принцесса для крестьянина, и он будет рад своему уделу и не позволит своему сердцу желать и вожделеть то, что ему не принадлежит. Ведь он знает, что, если Всевышний не пожелал дать ему что-то, он не сможет получить эту вещь силой или каким-то хитростями и уловками. Так что он будет полагаться на Всевышнего, что Тот даст ему пропитание и сделает все так, как Ему угодно».
То есть, вожделение происходит из ощущения, что эта вещь имеет к человеку отношение. Ведь если ему очевидно, что нечто для него абсолютно недостижимо, человек вовсе не будет желать его!
У каждого человека, в конце концов, есть стремление достичь величия. Почему тогда наши молитвы так сухи? Потому что мы не вожделеем величия. А почему мы не ощущаем этого желания? Потому что мы считаем, что невозможно достичь его в реальности, это нереальная вещь. Со всей моей ограниченностью достичь величия?
Если бы человек верил и доверял Всевышнему, что Тот в состоянии даровать ему величие несмотря на все его недостатки, он бы вожделел величие и само собой просил бы об этом в молитве, рыдая и умоляя Творца, что он достоин этого, что он имеет к этому отношение. Если человек не стремится достичь величия – это только потому, что он не верит в возможность его достижения.
Так и в третьей части – действии. Тот, кто не верит и не доверяет Творцу, строит свой распорядок учебы в соответствии со своими ограничениями, по своему уровню, как он видит его сам. А тот, кто верит и доверяет, желает достичь величия, желает постоянно подниматься. Он прилагает все усилия, чтобы достичь его и в соответствии с этим строит свой распорядок учебы и молитвы.
Из тьмы пробивается великий свет
Мы видим, что здесь святая Тора учит нас важнейшему принципу: если человек желает удостоиться подлинного добра Всевышнего, максимально реализовать все, на что он способен, раскрыть заложенное в него величие, Всевышний будет вести себя с ним путем «Я пообещал и не исполнил» – ему придется пройти этап веры. Всевышний вводит человека во тьму, внутрь различных ограничений. Ему кажется очевидным, что он не имеет отношения ни к чему – ни к «штайгену» (усердной вдохновенной учебе), ни к упорству в учебе, ни к молитве, ни к чему. Но без того, чтобы пройти этот этап, на самом деле невозможно достичь величия!
А работа человека – обнаружить себя внутри этой тьмы, и там, именно там – верить. Прежде всего, не дай Б-г, не сомневаться, знать, что в конце концов человек способен достичь всего, о чем нам говорят мудрецы. Во-вторых – желать, вожделеть этого, доверять Всевышнему и молиться об этом, а в-третьих – проявлять это и в своих действиях.
И на самом деле, чем больше человек будет верить и стремиться, тем гуще будет тьма вначале, тем более тяжкими будут испытания, которые встанут перед ним!
Всю жизнь наших святых праотцов, столпов народа Израиля, Всевышний вел путем скрытого света. В конце своих дней наш праотец Яаков сказал: «Немногими и злополучными были годы моей жизни» – всю жизнь я не видел света! Так было и с Авраамом и Ицхаком. Всевышний управлял их жизнью путем тьмы, противоречий и удивления. Только когда появился Моше рабейну, Всевышний начал исполнять Свои обещания. Но все было построено на основе веры праотцов.
Мы должны знать, что каждому еврею нужно пройти этот этап. Порой человек задумывается над своей жизнью и видит, что это просто чудо: сколько лет он уже сидит и учится, и почти ничего не знает, это просто тьма! Так и весь еврейский народ. Мы живем в таком поколении, которое спустилось почти до дна бездны, страшная тьма!
Но мудрецы раскрывают нам великую тайну: цель тьмы – чтобы после нее пришел свет. «Новый свет засияет над Ционом и мы все вскоре удостоимся Его света».
Перевод: г-жа Л. Шухман
Что такое типуль ригши?
Рав Барух Фрухтер – Воспитание детей
Аудио-Урок № 50
Что такое типуль ригши?
Содержание урока:
Как помочь человеку, который попал в беду?
Почему человеку так важно рассказать о том, что с ним произошло?
Почему ребенок не хочет просыпаться утром?
Искусственный интеллект в нашей жизни.
Искусственный интеллект в нашей жизни.
Урок Рава Игаля Полищука на семинаре в Швейцарии (Декабрь 2025 г.)
Подростки и демонстрации.
Еврейский взгляд
Подростки и демонстрации.
Рав Игаль Полищук
Содержание урока:
Дети и демонстрации.
Гибель парня в демонстрации в Иерусалиме.
Можно ли задираться к арабским водителям?
Заповедь свидетельствовать (ч.1)
Сефер а-Хинух
Рав Овадья Климовский
Урок 150.
Заповедь 122. Заповедь свидетельствовать (ч.1)
Ждем вас на наших уроках! Присоединяйтесь и учитесь вместе с нами через ZOOM.
Порицание.
Недельная глава
Порицание.
Рав Игаль Полищук
Книга: Шмот
Глава: Ваэра
Содержание урока:
Что сильнее – порицание или 100 ударов?
Кого порицал праотец Яаков?
Как Йуда выдержал испытание с Тамар?
Как Рувен сделал тшуву?
Кто победит: Америка или Иран?
Еврейский взгляд
Кто победит: Америка или Иран?
Рав Игаль Полищук
Содержание урока:
Может ли Иран противостоять США?
Кто победит: Америка или Иран?
Какие «муки» будут перед приходом машиаха?
Как машиах получит власть в израиле?
Почему в Израиле нет власти?
Шмот — Третье чудо
Третье чудо
Рав Яаков Галинский
Как-то раз я говорил перед бней-Тора. Я напомнил слова Сабы из Кельма, что нам заповедано помнить день выхода из Египта всю жизнь, днем и ночью, в этом мире и во времена Машиаха, поскольку нет ни одного вопроса в еврейском мировоззрении, у которого не было бы ответа и доказательства из произошедшего во время выхода из Египта.
После беседы ко мне подошел один аврех и сказал, что у него есть интересная история. Не хочу ли я послушать. Конечно хочу! Беседа без историй – как машина без бензина. Давай, заполняй мне бак!
Вот что он рассказал: в его ешиве был один парень, уже не совсем молодой. Все его друзья уже женились, родили детей, уже дети пошли в школу, а он все еще как мачта на корабле – одинок и обозревает горизонт. У него в ешиве даже была отдельная комната.
Он закончил уже изучение всех трактатов, пошел на второй круг. Решил, что нужно добавить что-то к учебе. Но для этого нужно получить разрешение начальства. Он обратился к машгиаху, великому раву Элияу Лопьяну, и сказал: «Рав, я прошу разрешения учиться писать святые тексты (свитки Торы, тфиллин, мезузы). Два седера буду продолжать учиться, а по вечерам буду тренироваться писать». Один, в своей комнате, никто и не узнает.
Машгиах разволновался: «Ой, что ж ты не сказал, откуда же мне было знать?»
Тот не понял: «Что мне нужно было рассказать?»
«Что у тебя нет денег, что тебе не хватает на жизнь! Я бы сказал ответственному за фонд ешивы – у нас есть на такие случаи бюджет. Не волнуйся, с сегодняшнего дня получишь – на одежду и на мелкие расходы».
Парень запротестовал: «Да нет, рав, я не нуждаюсь, не дай Б-г. Родители дают мне, сколько нужно».
Машгиах успокоился и спросил: «А зачем тебе тогда учиться писать?»
«Понимаете, рав, я же уже давно ищу пару…»
Ну, это известно.
«С Б-жьей помощью, вскоре женюсь…»
«Кто сказал?»
Парень – просто в шоке. «Как это?! Если Всевышний пожелает, конечно же, женюсь!»
«Ну, разве мало неженатых тридцати и даже сорока лет?»
У того слезы на глазах выступили. «Рав, почему Вы так говорите? Я очень надеюсь как можно скорее жениться!»
«Ну конечно, конечно! Я не имел в виду, что нет, не дай Б-г. Если Б-г пожелает – вскоре женишься. А потом?»
«Потом нужно будет обеспечивать семью».
«Я не понимаю. Разве ты не собираешься после женитьбы идти учиться в коллель?»
«Конечно, собираюсь».
«Ну, в коллеле платят стипендию, жена будет работать. Неужели этого не хватит молодой паре?»
«Хватит… Но ведь потом появятся дети».
«Кто сказал, что родятся дети?»- спросил машгиах.
Ну, это уже просто невозможно! «Рав, почему вы так говорите?»
«Я могу тебе перечислить двадцать пар, у которых нет детей. Каждый день я молюсь за них. Вот, послушай…»
«Нет, нет! С Б-жьей помощью, родятся дети».
«Амен! И что тогда?»
«Ну, тогда мне и понадобится их обеспечивать. Вот для этого-то я и хочу учиться профессии писца…»
«Вот как? Да услышат твои уши, что говорят твои уста! С Б-жьей помощью, женишься. С Б-жьей помощью, будут у тебя дети. Ну, так с Б-жьей помощью будет и заработок!»
Чудесная история! «Ну…» – спросил я. А чем кончилась?
Аврех закончил: «Слава Б-гу, он женился, у него есть дети и он занимает должность преподавателя в ешиве!»
Потрясающе! Я поблагодарил его за прекрасную историю. И тут он спрашивает: «Так вот, я хотел спросить, где источник всему этому в истории о выходе из Египта?»
Не зря сказано: «Мудрецы, будьте осторожны со своим словами!» Сказал – будь добр, отвечай за свои слова.
«Что ж, — ответил я ему, — известно, что, когда фараон велел «всех новорожденных мальчиков бросайте в Нил», Амрам развелся с женой, сказав: «Напрасно мы трудимся» (и поскольку он был главой поколения, его примеру последовали все остальные). Дочь сказала ему, что его приговор тяжелее, чем приговор фараона. Ведь фараон повелел убивать только мальчиков, а Амрам развелся – и теперь у мамы не будет ни мальчиков, ни девочек. Амрам прислушался к ней и женился заново на своей жене. Так родился Моше рабейну (Сота, 12а). Все это известно.
Вы знаете, сколько лет было Йохевед, жене Амрама? Сто тридцать. Ведь она родилась, когда семья Яакова вошла в Египет. Так что ей было сто тридцать, и у нее уже закончился женский цикл. Все это рассказывается в Гемаре. А когда Амрам вернулся к ней, произошло чудо, и она заново помолодела.
А зачем тогда он вообще с ней разводился? Если она и так уже состарилась?
Ответ прост. Сколько лет ей было, когда родилась Мирьям? Сто двадцать пять. А когда родился Аарон? Сто двадцать семь. Как они родились?? Чудом. А если произошло одно чудо, и другое – произойдет и третье!
Вот и ответ на Ваш вопрос, источник из выхода из Египта. Если Б-г поможет, и ты женишься, поможет – и родятся дети, так Он поможет и с заработком! Ведь так мы и говорим в «Нешмат коль хай»: «До сих пор нам помогала милость Твоя и не оставляло добро Твое…» а если так: «Не оставляй нас, Б-г наш, никогда!»
Перевод: г-жа Л. Шухман
Трактат Сукка — Лист 42б
Изучаемый трактат – «Сукка»
Изучаемый лист Талмуда – 42б
Преподает – рав Нахум Офман
Законы лулава в шабат
Изучаемый лист можно скачать по ссылке: pdf
Чужие ботинки — Сара Йохевед Риглер
Чужие ботинки
Сара Йохевед Риглер
Из книги “Lights from Jerusalem”.
Перед тем, как в 1968 году я отправилась на год в Индию для обучения в университете, друзья предупреждали меня, чтобы я не вела себя как западная империалистка и не навязывала свой образ жизни индийцам. «Не переживайте, — шутила я. «Я не стану покупать обувь для местных».
Но, спустя четыре месяца я поймала себя на том, что делаю именно это.
Двенадцатилетняя Мунджу была дочерью семьи прислужников, которые работали в Международном женском хостеле, где я жила. Хотя остальные женщины и девушки в её семье были приветливыми и красивыми, Мунджу была угрюмой, молчаливой и невзрачной. Она почти не разговаривала и никогда не улыбалась.
Как и все в её семье, она ходила босиком. Но в отличие от других, у неё были глубокие трещины на ступнях. Однажды она пришла ко мне в комнату, хромая. Когда я спросила, что случилось, она молча показала глубокий порез на левой ступне.
Я немедленно отвезла её к врачу в ближайшую клинику. Врач сказал, что у неё инфекция. Он выписал антисептический крем и… пару ботинок. «Если она не будет носить обувь, которая защищает ноги, — предупредил он, — инфекция не пройдет. Она может остаться калекой».
«Хочешь иметь ботинки?» — спросила я на простом хинди.
Глаза Мунджу засверкали и она широко улыбнулась.
Я остановила рикшу на велосипеде и отвезла Мунджу в обувной магазин «Бата» в центре города. (В те времена в Бенаресе проживало 800 тысяч человек, был всего один светофор и меньше двух десятков автомобилей.)
Она с радостью выбрала пару лакированных туфель «Mary Janes», которые стоили вдвое дороже, того, что я ожидала потратить. Вспомнив слова своей мамы: «Нет смысла покупать тебе то, что тебе не нравится, ведь ты это не наденешь», я заплатила за «Mary Janes» из своего скромного студенческого бюджета и вручила коробку с туфлями Мунджу. «Помой ноги, когда вернёшься домой, и надень их, — сказала я. — Не хочу больше видеть тебя без обуви».
Мы взяли велорикшу и вернулись в университетский кампус. Меня охватило самодовольство. Я помогла этой бедной девочке. Она была счастлива и на пути к выздоровлению.
На следующий день она пришла ко мне в комнату босиком. Я была просто в отчаянии. Как она могла вести себя так беспечно?! «Почему ты не надела свои новые туфли?» — упрекнула я её.
Она подняла пятку и показала мне огромный волдырь. Мне даже в голову не пришло, что у девочки, у которой нет туфель, нет и носков. Я бросила все дела, нашла рикшу и отвезла Мунджу обратно в центр города. Я купила ей две пары белых носков. Теперь всё было устроено.
Следующие несколько дней я не видела Мунджу. Но однажды, возвращаясь домой, я заметила её вдалеке. Она шла босиком.
Я возмутилась. Я потратила столько времени, денег и сил, чтобы помочь ей, а она игнорирует указания врача и не носит свои туфли. Какая неблагодарность! Какая безрассудность! Какое невнимание к моим усилиям!
Я пошла прямо к жилью прислуги и обратилась к матери Мунджу. Когда я закончила свою тираду, та с грустью посмотрела на меня и сказала: «Неужели ты не понимаешь? Это единственная пара туфель, которая когда-либо будет у Мунджу. Она бережёт их для особых случаев».
Прежде чем осуждать…
Спустя несколько десятилетий я узнала об одной из самых интригующих заповедей Торы — обязанности судить других людей благосклонно. Тора наставляет нас: «Суди своего ближнего справедливо». [Ваикра 19:15] Классические комментаторы поясняют это так: «Суди своего ближнего с благосклонностью и истолковывай его поступки и слова только в положительном свете». [Сефер А-Хинух 235]
За три тысячи лет до появления когнитивной психологии Тора понимала, что наши взгляды (а значит, слова и поступки) формируются не тем, что сказал или сделал другой человек, а тем, как мы это интерпретируем. Поэтому Тора обязывает нас, насколько это возможно, находить или создавать благосклонное толкование поступков других людей.
Эта мицва подрывает основу критического и осуждающего отношения, которое так часто определяет наши межличностные отношения. На практике это выглядит так:
- Вместо того, чтобы обвинять подругу в том, что она не перезвонила, как обещала, можно подумать: «Может, она пыталась мне перезвонить, но телефон был занят», или «Возможно, ей позвонили по срочному делу как раз в тот момент, когда она собиралась набрать мой номер».
- Вместо того, чтобы упрекать мужа за очередное опоздание, можно подумать: «Я не испытываю проблем со временем, как он, но насколько я сама изменила свои въевшиеся плохие привычки?»
- Вместо того чтобы ругать мастера за то, что он не пришел в назначенное время (заставив тебя просидеть дома весь день в ожидании), можно подумать: «У его предыдущего клиента могла быть более сложная работа, чем ожидалось», или «Когда он пытался позвонить мне, чтобы предупредить об опоздании, он не смог найти мой номер или у его телефона разрядился аккумулятор».
Когда мы судим других с добротой, мы развиваем в себе позитивное и сочувственное отношение к людям. Если мы не думаем о других плохо, то и не говорим о них дурно, и уж точно не проявляем злость или желание отомстить. Мы не спешим с выводами. Мы не осуждаем тех, кто может страдать из-за обстоятельств, о которых мы даже не догадываемся. Просто настраиваясь на доброжелательное отношение, мы избегаем множества ошибок.
Доброжелательное отношение к другим не исключает действий для самозащиты или шагов к исправлению несправедливости. Доброжелательное отношение к другим не значит, что нужно оставлять кольцо с бриллиантом на столе, когда уходишь в уборную. Но это значит, что, если ты не находишь кольцо там, где его оставил, сначала проверь все ящики и карманы, прежде чем подозревать коллег. Часто мы бываем уверены — и ошибаемся!
Доброжелательное отношение к другим не означает, что, если твой ребенок приходит домой в слезах из-за того, что учитель накричал и оскорбил его, ты должен бездействовать и не разбираться в ситуации. Это значит, что, прежде чем в гневе звонить директору и требовать уволить учителя, стоит задуматься: возможно, ты не знаешь всей истории, и даже если учитель поступил неправильно, какие-то обстоятельства могли заставить обычно справедливого человека вести себя нехарактерным для него образом.
Стратегии для благосклонного суждения
Одна из моих любимых книг, «Другая сторона истории» (автор Йехудит Самет), предлагает способы судить о других благосклонно. Вот несколько примеров:
- Перестань применять двойные стандарты. Многие из нас строго осуждают других, но при этом находят массу оправданий своему собственному недостойному поведению. Например, мы ворчим на водителей, которые паркуются в два ряда и блокируют полдороги, но, когда сами так делаем, это вроде как нормально: ведь сын только на минутку выскочил забрать вещи из химчистки, а мы и не знали, что там будет очередь, и…
- «Не суди друга, пока не окажешься на его месте». [«Пиркей Авот» 2:5] Это значит, что даже если кто-то совершил проступок, подумай: не поступил бы ты так же, окажись ты в той же ситуации? Твой сотрудник или коллега уходит на более высокую зарплату, предав компанию, в которой он начинал. Прежде чем сказать: «Я бы так не сделал!», подумай: «А поступил бы я так, если бы у меня были его ипотека, долги, большая семья?»
- Признай, что тебе неизвестна вся история. Ни один суд не вынесет приговор, основываясь на недостаточных доказательствах, а мы делаем это постоянно. Мы видим, как кто-то совершает нечто ужасное, и тут же выносим вердикт: «Виновен!» Но что нам известно о предыстории этой ситуации или о трудностях и обстоятельствах этого человека? Надо найти в себе смелость признать: «Я не знаю». Это может спасти нас от слишком строгих — и ошибочных — суждений.
История с сантехником
Несколько лет назад мы установили новую ванную комнату, со шкафчиками и современной сантехникой. Спустя несколько часов после ухода рабочих я открыла новый кран. Напор воды был практически нулевым. Кран оказался бракованным.
На следующее утро я связалась с сантехником. Да, Рами заверил меня, кран на гарантии. Он обещал его заменить. В тот день он не мог приехать, но сказал, что придёт на следующий день после обеда.
Я прождала весь день, но Рами так и не пришёл. В 4:30 я позвонила ему на мобильный. Он извинился, но сказал, что не может приехать. «Почему нет?» «Где ты?» — спросила я с раздражением.
«Я дома», — тихо ответил он. «В районе Кирьят-Йовель». «Ну, тогда просто приезжай. Ты можешь быть здесь через полчаса». Рами отказался. В ответ на мои уговоры и упрёки он пообещал приехать на следующий день.
На следующий день Рами так и не пришёл. К тому времени вода из сломанного крана текла тонкой струйкой. Чтобы наполнить стакан для чистки зубов, требовалось 3 минуты. Я была вне себя от злости. Какой отвратительный сервис! Но он был единственным сантехником, который мог выполнить условия гарантии. Я позвонила ещё раз. Он снова пообещал приехать, но опять не появился. За следующие десять дней он не появлялся ещё семь раз. К тому времени мы были вынуждены набирать воду в тазы из крана в ванне.
В то время я старалась «судить других благосклонно» и ежедневно изучала книгу «Другая сторона истории» вместе с подругой по телефону. Одна из стратегий, которую предлагает эта книга, — представлять смягчающие обстоятельства, которые могли бы объяснить неправильное поведение человека. Поскольку мы не знаем настоящей истории, стоящей за поступками человека, версия, которую мы придумываем, чтобы судить его с добротой, имеет столько же шансов быть правдой, сколько и осуждающая.
Я решила отнестись к сантехнику с пониманием. Ведь, подумала я, даже самый плохой сантехник не пропустит работу десять раз подряд. Наверняка в его семье что-то неладно, решила я. Может, не дай Б-г, один из его детей тяжело болен. Возможно, ребенок в больнице, жена Рами проводит весь день у его кровати, а Рами, полный тревоги и горя, вынужден оставаться дома, чтобы присматривать за остальными детьми. Как только я сочинила эту вымышленную историю, гнев остыл. Я смогла набрать таз воды из ванны, и при этом не испытывать слишком сильного раздражения. Я продолжала звонить Рами каждый день, но в моём голосе уже не было былой резкости.
И вот, в один прекрасный день раздался звонок в дверь. Это был Рами с новым краном. Я тепло встретила его, показала, где ванная, и стояла рядом, пока он работал. Я осторожно спросила: «У тебя всё в порядке в семье?»
Он покачал головой. Сдавленным голосом он поведал мне свою историю: раньше он был женат на женщине с серьезным психическим расстройством. После развода её на долгие годы поместили в психиатрическую клинику. Тем временем Рами женился второй раз, и у него появилось шестеро детей. Несколько недель назад по решению суда его бывшую жену освободили. Она разыскала Рами и начала угрожать его новой семье. Пока я переживала из-за крана, Рами был дома, защищая жизнь своей жены и детей.
Не обязательно обладать незаурядной фантазией, чтобы придумать историю, которая покажет человека с лучшей стороны. Достаточно просто захотеть совершить доброе дело и относиться к другим с пониманием. В конце концов, их правда может оказаться удивительнее, чем все ваши вымыслы.
Перевод: рав Б.Набутовский
Как полюбить своих детей?
Как полюбить своих детей?
Рав Игаль Полищук
Содержание урока:
Зачем рожать детей?
Как реагировать на рождение еврейского ребенка?
Что мы должны передать нашим детям?
Кто открыл первый хейдер в Иерусалиме?
Кто обязан обучать наших детей?
Чем так важен седер песах в воспитании детей?
Как полюбить своих детей?
Почему евреи так расплодились в Египте?
Почему евреи сравниваются с песком на берегу моря?
Рав Котлер — глава 3 — Горькие дни в «Золотой стране»
Горькие дни в «Золотой стране»
Даже при помощи «Ваад а-Ешивот» и «Джойнта» (Американского еврейского распределительного комитета) обеспечение бюджета ешивы оставалось постоянной проблемой. Рав Аарон говаривал: «Аббревиатура Рош Месивта (Глава ешивы) — РАМ (возвышенный), что при прочтении наоборот дает буквы МАР, что означает «горький». Это великая честь — стоять во главе переполненного бейт-мидраша и преподавать Тору, это РАМ — возвышенно. Другая сторона медали — это финансовая борьба, которая МАР — горька».
Шаткая польская экономика, девальвация злотого и растущий долг ешивы означали, что Раву Аарону придется пойти по пути других глав ешив и отправиться за границу для сбора средств.
В 1933 году он поехал в Англию и Ирландию, но стало очевидно, что ешива находится на грани финансового краха. Он чувствовал, что у него не будет иного выбора, кроме как отправиться в путешествие за океан, в дом самой большой и материально процветающей еврейской общины в мире — в США.
Хотя рав Меир Шапиро, рав Барух Бер Лейбовиц, рав Элиэзер Йеуда Финкель, рав Шимон Шкоп и другие совершали поездки по сбору средств в Америку в 1920-х годах с переменным успехом, никто не предпринимал такого путешествия после биржевого краха 1929 года и последовавшей за ним Великой депрессии. Экономика наконец пошла на поправку, но депрессия не закончится до 1939 года, и у многих все еще было туго с деньгами. Тем не менее, экономика Польши погрязла в еще худшей депрессии, и рав Аарон надеялся, что еврейские сердца и кошельки откроются для их нуждающихся братьев за границей.
В течение 11 месяцев пребывания в Соединенных Штатах рав Аарон посетил множество мест от Бостона до Атланты, от Нью-Йорка до Небраски. Его знакомили с поклонниками, которые станут его верными сторонниками. Самым важным стало партнерство, начатое с г-ном Ирвингом Бунимом, которому суждено было стать ближайшим доверенным лицом рава Аарона на следующие три десятилетия.
Будь то спасательная работа во время войны, строительство «Бейт Мидраш Гавоа», создание «Хинух Ацмаи», «Тора Умесора» и почти любое начинание, в котором рав Аарон участвовал или которое инициировал для строительства послевоенного ортодоксального иудаизма, он делал это с Ирвингом Бунимом рядом.
Другими заметными сторонниками были г-жа Неха Голдинг и ее муж Сэм, принимавшие рава Аарона в своем доме в Нью-Йорке. Г-жа Голдинг также основала женский комитет ешивы, побуждая местных женщин поддерживать молодых людей, посвятивших себя изучению Торы. На ее похоронах много лет спустя рав Аарон произнес единственную надгробную речь, проливая обильные слезы. «Она была цадекес а-дор (праведницей поколения). Никогда не будет другой такой, как она».
Многие трудности, с которыми столкнулся рав Аарон в Америке, проистекали из того факта, что Клецк был относительно новой ешивой и не имел большого числа выпускников, занимающих видные посты в Америке, которые могли бы помочь в налаживании связей и сборе многолетних пожертвований, обещанных раву Аарону.
Тем не менее, рав Аарон вернулся домой перед Элулом 1936 года с чувством удовлетворения, зная, что спас ешиву в Клецке от возможного закрытия и может выплатить ее долги.
Часть третья: Побег и спасение
Убежище военного времени
23 августа 1939 года стало одной из самых значимых дат в истории XX века. Особенно это касалось европейского еврейства. В этот день в Москве министр иностранных дел нацистской Германии Иоахим фон Риббентроп и министр иностранных дел СССР Вячеслав Молотов подписали пакт о ненападении между двумя режимами. Секретным пунктом соглашения был раздел Польши.
Неделю спустя Вермахт вторгся в Польшу с запада, а 17 сентября Красная Армия вторглась с востока. К концу месяца Варшава капитулировала, и Польша была поделена между двумя агрессорами.
Основная часть ешив находилась в польском регионе, который попал под юрисдикцию Советов. Это поставило их в очень опасное положение. Они рассматривались коммунистическими властями как рассадники контрреволюционной деятельности и рисковали быть насильственно закрытыми, а их обитатели — арестованными и депортированными.
Рав Аарон прекрасно понимал, что такое Советы и каковы их методы. Его ешива уже бежала от Советов 18 лет назад из Слуцка, нелегально перейдя границу в Польшу.
Другое геополитическое событие подарило неожиданный луч надежды. Город Вильно и его окрестности были включены в состав Второй Польской Республики после Первой мировой войны. Недавно получившая независимость Литва оплакивала потерю того, что они считали своей древней столицей, и временно перенесла столицу в Ковно (Каунас) в межвоенный период. Теперь, после вторжения в Польшу, Советский Союз аннексировал Восточную Польшу, включая Вильно, и сделал Литве роковое предложение, от которого она не могла отказаться.
Вильно и его окрестности возвращались Литве — которая сохраняла нейтралитет во время военных действий, — а взамен Советам разрешалось создать военные базы на литовской территории.
Тысячи беженцев, стремившихся покинуть зону военных действий, поняли: любой, кто окажется в Виленском округе в день передачи, пересечет международную границу и попадет в нейтральную страну без необходимости в документах или паспорте. Любой, кто добрался до Вильно, оказался на время в относительной безопасности в городе, кишащем беженцами.
Безусловно, во всех этих событиях и Сталин, и Гитлер (да сотрутся их имена!) преследовали исключительно свои преступные цели. Однако у Творения есть Всевышний. Он передает Вильно Литве, прокладывая пути спасения как для ешивы «Мир», так и для ведущих глав ешив, мудрецов Торы и праведников. Впоследствии они заново восстановят из пепла Катастрофы мир Торы.
Приезжайте в Вильно!
Номинальным главой «Ваад а-Ешивот» в этот тяжелый период был немолодой рав Хаим Озер Гродзинский, который нес на себе бремя заботы о еврейском народе в целом и чувствовал особую ответственность за студентов ешив в частности. Чувствуя опасность, которая грозила ешивам под потенциальным советским владычеством, он призвал все ешивы спешно бежать в Вильно.
8 октября рав Аарон отправился в Вильно, чтобы посоветоваться с равом Хаимом Озером и другими главами ешив. Через несколько дней он телеграфировал своей семье, чтобы они вместе со всем составом ешивы и администрацией немедленно покинули Клецк и направлялись в Вильно. Когда ешива в последний раз покидала Клецк на конных повозках, все были полны дурных предчувствий, но твердо намеревались следовать инструкциям рава Аарона.
По прибытии на железнодорожную станцию в Барановичах до них дошли слухи, что в Вильно назревает кризис беженцев: перенаселение и нехватка продовольствия. В пятницу днем рабанит Хана Перел Котлер посоветовала группе студентов телеграфировать раву Аарону и спросить, стоит ли придерживаться первоначального плана ввиду меняющихся обстоятельств.
Ответ не заставил себя ждать; телеграмму доставили за час до наступления Шаббата: «Да. Немедленно. Садитесь на пятничный вечерний поезд». Ошеломленные студенты неохотно подчинились и, совершив поспешный кидуш прямо на вокзале, сели на поезд до Вильно и прибыли туда утром в Шаббат.
Воссоединившись с семьей и учениками, рав Аарон стремился увезти ешиву подальше от суеты Вильно и в январе 1940 года нашел убежище в маленьком городке Яново, к северу от Ковно. В это время неопределенности рав Аарон начал новый курс лекций (шиур) для избранной группы студентов по разделу Седер Зраим — тему, которую он продолжил преподавать, уже прибыв беженцем в США. Финансирование в это время предоставлялось как «Джойнтом», так и новой организацией, созданной по просьбе рава Хаима Озера для помощи ешивам-беженцам.
Изначально названная «Чрезвычайным комитетом для пострадавших от войны ешив», она возглавлялась учеником рава Хаима Озера в Америке, равом Элиэзером Сильвером. Позже она была переименована в «Ваад Ацала» (Комитет спасения).
В это время рав Аарон также часто ездил в Ковно, где располагались иностранные посольства, чтобы искать пути выхода для своей ешивы, подозревая, что литовское убежище не продержится долго.
Он был прав. 15 июня 1940 года — всего через восемь месяцев после бегства Клецкой ешивы в Вильно — литовское правительство уступило советскому ультиматуму, и Красная Армия вошла в страну. 3 августа Литва была официально включена в состав Советского Союза. Коммунистическая удавка снова затянулась.
Ситуацию усугубило еще одно ключевое событие, потрясшее мир ешив: 9 августа скончался рав Хаим Озер. Находясь и без того в шатком положении из-за хаоса войны, ешивы теперь столкнулись с экзистенциальным кризисом из-за советской угрозы и смерти своего покровителя и бесспорного лидера.
Последовала быстрая советизация Литвы. Рав Аарон активизировал свои усилия по получению виз для всей ешивы и поддерживал активную переписку с активистами в Соединенных Штатах, используя любую возможность, чтобы спасти своих учеников.
«Ваад Ацала» смог раздобыть ограниченное количество сверхквотных виз, предназначенных для религиозных лидеров, и одну из них предложили раву Аарону. В тот момент мысль бросить своих учеников была для него невыносима, и он вежливо отклонил предложение, все еще ища коллективное решение растущей проблемы. Рав Иссер Залман также оказывал на него давление, чтобы он уезжал, срочно написав ему: «Почему вы сидите на таком вулкане?»
Узкое окно для побега
В конце концов, два события подчеркнули факторы риска и проложили путь к решению Одним из них был обыск, учиненный сотрудниками НКВД. Хотя его отпустили, это вторжение произвело впечатление на рава Аарона. Кроме того, после захвата Литвы Советами и смерти рава Хаима Озера, рав Аарон почувствовал, что американский «Ваад Ацала» выдохся. Атмосферу пропитало чувство безнадежности, и он понял, что организации нужен прилив новой энергии и мотивации.
Эти факторы сделали его более сговорчивым в вопросе поездки в США в одиночку; он чувствовал, что, возможно, сможет организовать выезд ешивы оттуда и ускорить процесс, вдохнув новую жизнь в работу по спасению.
Используя экстренную визу, полученную для него «Ваад Ацала», он, его жена и дочь получили советские выездные визы и 7 февраля 1941 года выехали из Литвы в Москву. Раву Аарону также удалось включить в визу сироту по имени Груня Виноград, жившую с ними, зарегистрировав ее как приемную дочь. (Его сын рав Шнеур уже уехал в Палестину по сертификату, полученному от деда, рава Иссера Залмана).
Расставание с любимыми учениками было тяжелым, хотя он верил, что это единственный способ спасти их. По прибытии в Москву рав Аарон отправился в американское посольство за проездными документами, но обнаружил, что произошла бюрократическая ошибка и визы еще не прибыли.
В конце концов визы были получены, и рав Аарон добрался до Владивостока и после недолгого пребывания в Кобе (Япония) сел на пароход, направляющийся в Сан-Франциско. В пятницу, 11 апреля 1941 года (канун Песаха), рав Аарон прибыл в Сан-Франциско. В понедельник, в первый день Хол а-Моэд (полупраздничные дни), рав Аарон сел на поезд на восток, проведя вторую часть праздника с равом Эфраимом Эпштейном (лидером «Ваад Ацала» и братом рава Моше Мордехая Эпштейна) в Чикаго. После короткой остановки в Цинциннати он прибыл на Пенсильванский вокзал Нью-Йорка 21 апреля 1941 года.
Когда он сошел на платформу в центре Манхэттена в тот ясный весенний день, мало кто знал, что ландшафт Торы в Америке вот-вот изменится навсегда. Даже после этого мучительного путешествия рав Аарон не собирался почивать на лаврах. Его целью никогда не было спасение самого себя, и по прибытии он немедленно приступил к действиям. Рав Аарон направил свою пламенную энергию на деятельность по спасению и восстановлению разрушенного мира Торы Европы.
Отец скитающихся сыновей
Много книг можно было бы написать — и они действительно написаны — с подробным описанием деятельности рава Аарона по спасению в годы войны. Многие истории стали легендами.
Его первой задачей по прибытии весной 1941 года было вдохнуть новую жизнь в разрозненную организацию «Ваад Ацала», чтобы оживить усилия по спасению знатоков Торы и студентов ешив. В этом он весьма преуспел, а его харизма, чувство безотлагательности и безграничная энергия мотивировали и других.
Вскоре после прибытия в Нью-Йорк рав Аарон посетил собрание местного совета раввинов и заявил:
— Я отец сыновей, которые скитаются из одного места изгнания в другое, полностью брошенные, покинутые. Это моя и ваша ответственность — спасти их. Я не могу даже описать горечь и боль, которые мы чувствовали при отъезде. Наше единственное утешение — надежда, что я смогу найти какую-то помощь.
Его величайшим первоначальным успехом стало объединение различных фракций американского ортодоксального иудаизма вокруг миссии спасения восточноевропейского мира Торы.
Веря, что единство имеет решающее значение для спасения, рав Аарон советовал отложить политические и идеологические разногласия и сплотить ряды всех ортодоксальных фракций для содействия спасательным работам. «Ваад Ацала» должен был стать зонтичной организацией, охватывающей весь спектр американского ортодоксального иудаизма, и включал «Агудат а-Раббаним», «Агудат Исраэль», «Молодой Израиль» (Young Israel), OU (Orthodox Union) и многих других. Он пытался работать с реформистскими и светскими еврейскими лидерами, а также с неевреями. Когда его критиковали за встречу с ведущим реформистом Стивеном Вайзом, рав Аарон произнес знаменитую фразу: «Я бы работал с самим Папой Римским, если бы это помогло спасти ноготь одного еврейского ребенка».
Однажды чиновник из светской организации, также занимавшейся спасением, публично отчитал рава Аарона. Чиновник спросил:
— Кого вы спасли из Терезиенштадта? Это не были религиозные евреи. Многие из них были мешумадим (выкрестами)!
Рав Аарон не отступил:
— Кто знает, почему они крестились и под каким риском они это сделали? — парировал он. — Исраэль аф аль пи ше-хата исраэль у (Еврей, даже если он согрешил, остается евреем).
Спасти оставшихся
22 июня 1941 года нацисты нарушили пакт Молотова-Риббентропа и вторглись в Советский Союз. Рав Аарон понимал, что любые попытки спасти студентов ешив и знатоков Торы в оккупированной нацистами Литве теперь бесполезны. К сожалению, почти все они были убиты нацистами и их местными пособниками.
Однако он знал, что многие бежали на Дальний Восток или были арестованы Советами и депортированы в ГУЛАГ, и он сосредоточился на спасении этих последних остатков мира европейских ешив.
Великое чудо спасения многих учащихся ешив и раввинов произошло за несколько дней до немецкого вторжения. Они были арестованы НКВД и оправлены на Восток, и именно это спасло их от Катастрофы.
Рав Аарон возглавил усилия «Ваад Ацала» по оказанию помощи тем, кто мог иммигрировать в Соединенные Штаты, а чаще — по отправке посылок с помощью и финансовой поддержки изгнанникам в Сибири, Казахстане, Шанхае (Китай) и других отдаленных местах рассеяния.
К концу 1943 года, когда стал понятен масштаб «Окончательного решения», Ваад расширил свои спасательные операции — спасать надо было любых евреев. До конца войны рав Аарон вместе с равом Авраамом Калмановичем и своим близким доверенным лицом Ирвингом Бунимом лоббировал дипломатов, законодателей и всех, кто готов был слушать в коридорах власти Вашингтона, чтобы помочь в различных схемах спасения. Хотя его мольбы, как правило, не находили отклика, ему и другим активистам по спасению все же удалось найти союзника в лице министра финансов Генри Моргентау-младшего.
Ирвинг Буним в своих мемуарах рассказал о роли рава:
«Я помню, как наш великий рав посетил министра Генри Моргентау. В то время у «Ваад Ацала» был готов к переводу миллион долларов, который должен был использоваться как выкуп за еврейских пленников, находившихся в когтях проклятых немецких убийц. [Однако] государственная политика запрещала выплату выкупа врагу. Мы пошли к секретарю Моргентау, чтобы получить разрешение на перевод этих средств. Рош Йешива сидел напротив Моргентау за столом, и Моргентау сказал ему: «Выплату выкупа мы разрешить не можем».
Рош Йешива, сверкая глазами от ярости, решительно заговорил [на идише]:
— Скажи ему, может быть, он боится потерять свой пост; пусть помнит, что жизнь одного единственного еврея ценится выше, чем вся его высокая должность.
Моргентау возмущенно спросил:
— Что он сказал?
Боясь смутить его, я начал переводить в общих чертах, что в жизни еврея наступает момент… Рав Аарон прервал меня и сказал: — Нейн, нейн, Буним, зогт эм вос их об гезогт — Нет, нет, Буним, скажи ему то, что я сказал!
Я перевел.
Услышав перевод, Моргентау надолго опустил голову. Затем он встал с кресла и, глядя Рош Йешиве прямо в глаза, сказал:
— Скажите раввину, я еврей. Я не только отдал бы свою должность, я бы пожертвовал своей жизнью, чтобы спасти своих братьев-евреев».
Историк доктор Дэвид Кранцлер пишет о мрачной атмосфере, царившей в доме Котлеров в годы войны. Пока их собратья-евреи страдали в Европе, в доме не было ни сладостей, ни мяса, за исключением Шаббата.
В декабре 1945 года «Ваад Ацала» устроил благотворительный ужин в честь министра финансов Генри Моргентау и других сочувствующих чиновников. В своей знаковой речи Моргентау публично выразил восхищение героизмом рава Аарона наряду с равом Авраамом Калмановичем и Ирвингом Бунимом.
Деятельность Ваада не прекратилась с окончанием войны, потому что в Европе все еще оставались евреи, отчаянно нуждавшиеся в помощи. Ваад работал вместе с «Джойнтом» (часто в непростых отношениях), обеспечивая изможденных выживших кошерной едой, святыми книгами, тфилинами и религиозным образованием, пока они не могли переехать в устоявшиеся еврейские общины.
Рав Моше Лейбель был гурским хасидом, пережившим войну в оккупированном городе Экс-ле-Бен на юге Франции, где он выдавал себя за врача, одновременно служа моэлем для местного населения. Многие молодые сироты оказались в Экс-ле-Бен после войны, и рав Лейбель понял, что если не будет действовать быстро, то потеряет этих дрейфующих молодых евреев, которые уйдут к различным светским группам помощи беженцам. Хотя поначалу он сосредоточился на обеспечении их кошерной едой и религиозными предметами, вскоре он понял, что этого недостаточно, и обратился за помощью в «Ваад Ацала».
На следующий день он получил международный телефонный звонок из Нью-Йорка. Это был рав Аарон, который немедленно начал засыпать его вопросами о ситуации на месте. Через несколько минут рав Аарон провозгласил: — Вы должны открыть ешиву — и присылайте все счета на мой домашний адрес!
Названная «Хахмей Царфат» («Мудрецы Франции») в честь великих Ришоним, живших там когда-то, ешива началась с группы перемещенных лиц в Экс-ле-Бен. В итоге она стала светочем, распространявшим Тору по всей Франции под руководством рава Хаима Хайкина, и еще одной инициативой рава Аарона, оказавшей монументальное влияние.
Но даже продолжая руководить Ваадом, рав Аарон обратил свое внимание на другой проект: новаторскую ешиву в Америке, ныне известную как столица Торы Америки.
Часть четвертая: Видение для Америки
Воссоздать то, что было
Всего через несколько недель после рождения рава Аарона небольшой поселок в центральной части Нью-Джерси получил свой устав. 23 марта 1892 года актом законодательного собрания штата Нью-Джерси был создан город Лейквуд.
Начало Второй мировой войны в Европе заставило десятки североамериканских студентов ешив бежать домой. Многие из них были опытными знатоками Торы, проведя почти десятилетие в Мире, Каменце, Слободке или Кельме. Некоторые даже успели жениться в Европе. Вернувшись, они получили суровое напоминание о том, почему они вообще уехали из Америки — отсутствие ешивы мирового класса, верной ценностям Торы. Они решили создать колель, где могли бы изолировать себя от современных течений «Америки» и плавать в море Торы и Мусара, как это было в Европе. Они назвали его «Бейт Мидраш Гавоа» (Высший Дом Учения).
Местом для него был выбран Уайт-Плейнс, штат Нью-Йорк, дальний пригород Нью-Йорка в округе Вестчестер. В 1941 году в Америку прибыл рав Аарон Котлер и выразил желание открыть ешиву, основанную на структуре и ценностях его ешивы в Клецке. Группа из Уайт-Плейнс направила делегацию во главе с равом Мордехаем Йоффе для встречи с равом Аароном. Он согласился на предложение присоединиться к колелю Уайт-Плейнс при соблюдении трех условий: ешива должна находиться за городом, он сохраняет полный контроль над духовными вопросами, и он будет посвящать большую часть своего времени усилиям по спасению, пока продолжается война.
Рав Аарон обратился к своему самому доверенному соратнику, Ирвингу Буниму, и попросил его помочь найти идеальное место для ешивы. Буним предложил Лейквуд, штат Нью-Джерси, так как он находился за городом, но не слишком далеко от Нью-Йорка. Несмотря на процветающую индустрию отдыха, там отсутствовали типичные отвлекающие факторы большого города. Дополнительным плюсом был постоянный поток отдыхающих евреев, которые могли стать потенциальной базой для сбора пожертвований.
Когда распространился слух о скором появлении ешивы, многие местные жители отнеслись к этому с подозрением или даже тревогой. Инициативная группа района организовала петицию против, ссылаясь на возможный шум в тихом квартале. Сторонники ешивы обвинили противников в предвзятости к «бедным военным беженцам». К счастью, эти проблемы быстро утихли.
Чуждая концепция
И снова вечные слова Шломо а-Мелеха «Солнце восходит, и солнце заходит» нашли свое подтверждение. В марте 1944 года нацисты вторглись в Венгрию, и последний оплот еврейской жизни в Европе пришел к трагическому концу. За несколько месяцев до закрытия последних венгерских ешив, после Песаха 1943 года, «Бейт Мидраш Гавоа» открыл свои двери в Лейквуде с 14 студентами. Весьма символичное число, так как именно столько студентов были пионерами запуска Слуцкой ешивы почти полвека назад.
С самого начала было ясно, что среди потенциальных доноров мало поддержки того, что воспринималось как экстремальная концепция — изучение Торы ради нее самой. Даже среди тех, кто ценил Тору и поддерживал местные дневные школы, идея очного изучения Торы после средней школы без цели получения смихи (диплома раввина) была просто нелепой.
Для послевоенного поколения практика Тора лишма (изучение Торы ради самой Торы) была отправлена в учебники истории и колонки воспоминаний в ежедневных газетах на идише. Атмосфера материализма, относительная легкость интеграции иммигрантов в сочетании с желанием успеха для своих детей были факторами этого развития. Высшее образование считалось необходимостью даже в небольшой американской ешивной среде 1940-х годов.
Некоторые главы ешив считали, что проблему колледжа можно решить, создав возможность внешнего обучения в колледже для студентов ешив. Это удовлетворило бы потребность в получении желанной степени, не ставя под угрозу учебную программу и посещаемость ешивы. С этой целью в 1946 году был учрежден Американский еврейский теологический университет, который должен был открыться в Бруклине при поддержке и участии видных глав ешив как способ решения проблемы колледжа. Оппозиция рава Аарона привела к отказу от проекта. «Господа, из колледжа никогда не выйдет рав Арье Лейб Малин (один из блестящих учеников ешивы Мир)», — говорил он своим студентам, многим из которых приходилось противостоять сопротивлению семьи и друзей из-за учебы в «отсталом» учреждении.
Посыл рава Аарона был ясен. Ученых и инженеров предостаточно. Мир выживет и без еще одного. Но после Холокоста великие знатоки Торы стали исчезающим видом.
Один из первых студентов ешивы описывал, что это было такой диковинкой в то время, что посетители отелей Лейквуда иногда заглядывали в окна бейт-мидраша и с изумлением глазели на мужчин, усердно учащихся.
Единая цель
Когда рав Аарон побудил рава Шмуэля Каменецкого открыть свою ешиву в Филадельфии, тот выразил беспокойство: какое образование (хинух) получат его дети в городе, где отсутствует надлежащая религиозная образовательная инфраструктура?
— Если ты будешь учить Тору лишма и прививать эту ценность другим, — сказал ему рав Аарон, — Ашем позаботится о твоих детях. Рав Шмуэль часто повторяет это обещание родителям, переезжающим в отдаленные места для распространения Торы.
Интересно, что, хотя многие другие послевоенные ешивы с гордостью носили имена своих европейских предшественниц, рав Аарон никогда не пытался включить слово «Клецк» в название ешивы Лейквуда. Фактически, он редко упоминал его вообще, никогда не вызывал воспоминания о своей собственной ешиве и не предавался ностальгии по десятилетиям руководства ею. Предположительно, отчасти это было связано с тем, что не он основал «Бейт Мидраш Гавоа» и, следовательно, не имел «права» сравнивать его с Клецком — но в этом было и подсознательное послание. Его внук рав Яаков Элиэзер Шварцман объяснил это так:
«Будучи великим активистом и строителем послевоенного мира Торы в Америке, рав Аарон не имел иного выбора, кроме как оставаться зацикленным на единственной цели и видении — совершить революцию Торы в своей новой стране. Он, несомненно, замечал безнадежность, излучаемую столь многими после полного опустошения Холокоста, и пришел к выводу, что единственным путем вперед является исключительная, непоколебимая концентрация на будущем. Чтобы строить, создавать и мотивировать новое поколение, он не мог оглядываться назад, только вперед; он должен был разжечь, а затем поддерживать огонь достаточно сильный, достаточно яркий и достаточно долгий, чтобы осветить весь мир Торы».
Глава пятая: Генерал Торы
Трансатлантический Рош Йешива
В последние десятилетия своей жизни рав Аарон вступил в фазу лидерства, поражающую воображение своим размахом и активизмом. Помимо «Ваад Ацала» (Комитета спасения) во время войны и в послевоенные годы, он занимал руководящие посты в «Агудат А-Рабаним» и возглавлял Моэцет Гдолей а-Тора (Совет мудрецов Торы) в «Агудат Исраэль». Вместе с равом Шрагой Фейвелем Мендловичем он участвовал в основании «Тора Умесора» в 1944 году и служил председателем ее раввинского административного совета.
Если бы все его общественные обязанности были всего лишь церемониальными ролями, это было бы достаточно впечатляюще. Но чистая церемония была чуждым понятием для рава Аарона. Лидерство означало ответственность, ответственность всегда переводилась в активизм, а активизм неизменно принимал форму запуска инициатив, мотивации других и доведения дела до конца.
Еще более поразительно то, что его влияние не ограничивалось Соединенными Штатами. Несмотря на глубокий страх перед полетами, рав Аарон часто летал в Израиль на протяжении 1950-х и начала 1960-х годов. После кончины рава Иссера Залмана Мельцера осенью 1953 года рав Аарон фактически сменил своего тестя на посту Рош Йешивы (главы ешивы) «Эц Хаим» в Иерусалиме. Рав Аарон часто совершал длительные визиты в Израиль, во время которых регулярно давал уроки в «Эц Хаим». Свою первую поездку туда в 1945 году рав Аарон совершил на корабле. Во время остановки в Египте рав Аарон столкнулся с безудержной ассимиляцией и попытался открыть там ешиву.
Рав Аарон также посещал заседания совета мудрецов «Агудат Исраэль» в Израиле, где его мнение запрашивалось по важным вопросам, связанным с израильскими выборами и политикой, что побудило рава Элиэзера Сильвера пошутить на съезде «Агуды», что у мирового еврейства появился новый вид лидера — «трансатлантический рош йешива».
Однажды рав Аарон взял с собой одного из своих внуков на встречу с равом Авраамом Алтером «Бейт Исраэль» из Гур. Как это принято в хасидских кругах, ребе предложил маленькому мальчику яблоко, от которого тот отказался, сказав, что не голоден.
Ребе, который не привык к отказам, улыбнулся и съязвил: «а хасид вет эр ништ зайн — он никогда не станет хасидом», на что рав Аарон быстро наставил своего внука: «Зог Амен! Дер Ребе хот гегейбен а браха — Скажи Амен! Ребе дал тебе благословение!»
Возможно, самый смелый проект рава Аарона был предпринят в последнее десятилетие его жизни, когда он инициировал основание «Хинух Ацмаи» (Независимого религиозного образования) в 1953 году. Рав Аарон считал, что на карту поставлено само будущее образования Торы в Израиле, и посвятил все свои силы созданию совершенно новой образовательной инфраструктуры с нуля.
Рав Шломо Лоренц присутствовал, когда финансовый директор «Бейт Мидраш Гавоа» рав Яаков Вайсберг сообщил раву Аарону, что ешива не выплачивала зарплату в течение пяти месяцев, а поставщики угрожали прекратить поставки продуктов в столовую. Это произошло из-за того, что рав Аарон посвящал все свои ресурсы «Хинух Ацмаи», пренебрегая собственной ешивой.
— Вы правы, — ответил рав Аарон. — У меня нет надлежащего ответа. Но что я могу поделать? Я убежден, что «Хинух Ацмаи» важнее моей собственной ешивы.
Это утверждение, пожалуй, является лучшим резюме величия рава Аарона. Оно кажется сверхъестественным актом. Ему удавалось рассматривать даже свою любимую ешиву, которая несла его надежду и видение будущего американского еврейства, сквозь чистую призму своих приоритетов в построении Торы во всем мире в любой конкретный момент.
Акт балансирования
Последние два десятилетия жизни рава Аарона были отмечены балансом между укреплением Торы во всем еврейском мире и его усилиями по превращению «Бейт Мидраш Гавоа» в ведущую ешиву США.
Рабанит Хана Перель сделала этот акт балансирования возможным. Можно было регулярно услышать, как она напоминает раву Аарону сделать перерыв, чтобы поесть, чтобы у него были силы учиться и заниматься своей бесконечной деятельностью на благо народа. Она ничего не просила для себя, отказываясь даже купить новое платье, когда видела, что другим вокруг нее чего-то не хватает. Когда рав Аарон отправлялся в полет, она постилась, пока не убеждалась, что он прибыл к месту назначения.
Она была не только преданной, но и ее мудрость была легендарной. Она часто сидела у столовой, где проходил урок рава и тихо проговаривала ответы про себя. Рав Аарон гордился всесторонним знанием Танаха своей жены и часто задавал ей запутанный вопрос, улыбаясь, когда она давала не один, а два удовлетворительных ответа.
Рав Аарон приезжал в Лейквуд только на выходные. В течение недели ешивой руководил многолетний машгиах (духовный наставник) рав Натан Вахтфогель. В Шаббат рав Аарон переезжал в ешиву, спал в общежитии и ел все субботние трапезы со своими любимыми учениками, а затем лично благодарил повара за вкусную еду. Рав Аарон очень любил субботние песни и, хотя сам не был одарен хорошим голосом, поощрял своих учеников петь для него.
Рав Зелиг Эпштейн, рош йешива «Шаар А-Тора», однажды назначил позднюю вечернюю встречу (что было обычным делом) с равом Аароном, чтобы обсудить важный вопрос. Когда они прибыли в дом рава Котлера, рабанит сказала им, что рош йешива прибудет поздно после поездки в Чикаго, но если они хотят, они могут подождать. Они сели в столовой и ждали.
Только после часа ночи рав Аарон вернулся домой. Рав Калман вспоминает, что рав Аарон вошел в квартиру и немедленно направился к своему книжному шкафу и вытащил Гемару. Совершенно не обращая внимания на гостей, сидящих в другом конце комнаты, или на ужин, ожидающий его на столе, он сел учиться с невероятной страстью и энергией, как будто был разгар дня.
В конце концов, Эпштейны дали знать о своем присутствии. — Таков был рав Аарон, — говорит рав Калман. — Он мог провести целый день, бегая по делам Клаль Исраэль, но его жизнь заключалась в возвращении к Гемаре.
Генерал Торы
Потребовались годы, чтобы большая часть американского еврейства по-настоящему оценила рава Аарона. Рав Ханох Коэн, который почти полвека служил директором «Хинух Ацмаи» в Северной Америке, рассказал шокирующий эпизод.
«Трудно представить себе такое сейчас, когда имена рава Аарона Котлера, рава Моше Файнштейна и рава Яакова Каменецкого произносятся с таким благоговением, но однажды я ехал в машине с тремя этими гдолим (великими людьми) по пути в дом к богатому человеку для сбора средств на «Хинух Ацмаи». «Езжай медленнее, — сказал мне рав Аарон, — чтобы мы приехали после восьми. У этого человека есть дворецкий, который работает до этого времени, но после восьми он сам откроет дверь, и, надеюсь, как только он нас увидит, он впустит нас!»»
Однажды рав Аарон завершил довольно неудачный день сбора средств, сказав своему водителю с полуулыбкой: «Не говори никому, как мало денег было собрано; никто не захочет стать рош йешивой».
Степень месирут нефеш (самопожертвования) рава Аарона ради будущего Торы в Америке и крутость этой битвы в гору прекрасно заключены в воспоминании, которым поделился рав и историк Берел Вайн.
«Я встретил рава Аарона Котлера в 1953 году, когда сопровождал своего отца во время визита в тогда еще очень маленькую ешиву раввина Котлера в Лейквуде, штат Нью-Джерси. Он сказал моему отцу, что надеется, что в конечном итоге у него будет более сотни студентов.
Однажды я был в своем офисе, когда секретарь просигналила мне, что звонит какой-то раввин. Подняв трубку, я услышал голос на идише: «Это Котлер. В прошлом году вы дали мне десять долларов. Я стар и слаб, и я прошу прощения, что не могу навестить вас лично. Пожалуйста, отправьте мне эти десять долларов по почте в этом году».
Это довольно точная картина ортодоксальной еврейской жизни 1950-х годов. Это было отчаянное время для еврейства в целом, но, безусловно, для малочисленной и безоружной ортодоксальной еврейской общины».
Сравните это с нынешней эпохой. Мы живем во времена, когда удобства жизни Торы, институты и община воспринимаются как должное. Тысячи аврехов сидят и учатся весь день с усердием и рвением, поддерживаемые спонсорами, собратьями Бней Тора, которые борются за возможность внести ошеломляющие суммы в честь своих героев.
Когда наступление началось, победы приходили медленно. Еще одна дневная школа, йешива гдола, колели, усеявшие плодородные равнины. Теперь весь ландшафт изменился. Америка приняла и взрастила видение изучения Торы ради нее самой. Да, остаются новые поля для завоевания, новые трудности, которые нужно преодолеть. Но видение рава Аарона восторжествовало.
На сегодняшний день ешива «Лейквуд» превратилась в монументальную структуру, соперничающую по масштабам только с иерусалимской ешивой «Мир». Количество учащихся — более 9000 человек, большинство из которых составляют аврехи. Ешива занимает обширный кампус в центре города с несколькими огромными учебными залами и развитой инфраструктурой общежитий. Попасть сюда считается крайне престижным: «Лейквуд» воспринимается как своеобразный «Гарвард» мира ешив.
Управление этой огромной организацией осуществляется коллегиально. Руководство делят между собой четыре главы: рав Малкиэль Котлер (сын рава Шнеура), рав Йерухам Ольшин, рав Довид Шусталь и рав Исраэль Нойман. Такая система позволяет эффективно координировать учебный процесс, который из-за большого числа студентов строится на работе в малых группах, «хабурот». Примечательно, что ешива имеет официальную государственную аккредитацию как высшее учебное заведение, что позволяет выпускникам получать степени бакалавра и магистра талмудического права, открывая им дорогу к дальнейшей профессиональной деятельности и вне ешив.
Феномен «Лейквуда» давно перерос рамки простого образовательного учреждения, кардинально изменив облик самого города и региона. Из тихого курорта «Лейквуд» превратился в быстрорастущий город с преобладающим ортодоксальным еврейским населением. Ешива стала экономическим двигателем местности, стимулировав бум на рынке недвижимости и создание специализированной инфраструктуры — от кошерных супермаркетов до медицинских центров. Вокруг учебного заведения сформировалась мощная бизнес-среда, так как многие выпускники остаются жить в городе, совмещая работу с регулярным посещением занятий. Благодаря высокой плотности и сплоченности общины, Лейквуд сегодня обладает значительным политическим весом в штате Нью-Джерси, наглядно доказывая жизнеспособность концепции чистого изучения Торы в условиях современного западного общества.
Выпусники ешивы Лейквуд по инициативе ее руководства основали сеть колелей как в Америке, так и вне ее. С ростом ешивы Лейквуд, а вместе с ней и других ешив, Америка стала местом великих мудрецов Торы, несущих ее свет всему еврейскому народу. И мы видим исполнение пророчества, что Тора не забудется народом Израиля
Составил: р.Арье Кац
Рав Аарон Котлер — глава 2
Рав Аарон Котлер (ПРОДОЛЖЕНИЕ)
Сила в единстве
К 1924 году отчаянное финансовое положение ешив региона привело к созданию одной из самых уникальных организаций в летописях мира ешив: «Ваад а-Ешивот» (Комитет ешив).
«Ваад а-Ешивот», детище Хафец Хаима, должен был служить организацией для сбора средств и составления бюджета всех входящих в него ешив. Под руководством рава Хаима Озера и нескольких ведущих глав ешив 1920-х годов «Ваад а-Ешивот» контролировал аппарат сбора и распределения средств, пытаясь хоть немного облегчить бремя, которое несло каждое отдельное учреждение.
Хотя основная цель всегда была финансовой, Ваад занимался и другими областями ешивной и даже общественной деятельности, включая печатание священных книг, распределение абитуриентов и издание собственной газеты.
Рав Аарон играл активную, а со временем и ведущую роль. Наряду с Равом Шимоном Шкопом и Равом Элиэзером Йеудой Финкелем, он был одним из руководителей Ваад а-Поэль (Исполнительного совета), что весьма поразительно, учитывая его сравнительно юный возраст.
Оглядываясь назад, этот относительно малозаметный аспект раннего лидерства рава Аарона послужил прологом к его будущим усилиям по строительству Торы за океаном. В межвоенной Польше было бы трудно найти Рош Йешиву моложе рава Аарона Котлера; большинство его коллег были вдвое старше его. И все же его чувство ответственности за весь мир ешив было поразительно широким. Он был молод, но он быстро становился движущей силой настоящего лидерства.
Помимо уважения, которое рав Аарон снискал как глава ешивы и лидер Торы, его также иногда просили высказать мнение по алахическим вопросам. Когда нацисты ввели в Германии в 1930-х годах закон, запрещающий традиционную шхиту, рав Йехиель Яаков Вайнберг из Берлина написал поским того времени, чтобы узнать их мнение: может ли немецкое еврейство положиться на послабление и оглушать животных перед шхитой. Рав Аарон вынес решение против этого послабления, даже для тех, кому по медицинским показаниям требовалось есть мясо, опасаясь прецедента.
Рав Яаков Тейтельбаум, лидер «Цеирей Агуда» (молодежной организации «Агудат Исраэль») в довоенной Вене рассказывал о раввинском собрании в Европе, на котором присутствовал глава рав Хаим Озер Городзинский. Обсуждался вопрос, и рав Аарон, которому еще не было 40 лет, высказал свое мнение. Пожилой раввин воскликнул:
— Юнгерман (молодой человек), сядьте. Кто вы такой, чтобы говорить в присутствии гедолей а-дор (великих мудрецов поколения)?
Рав Хаим Озер возразил:
— Мы должны прислушаться к тому, что говорит этот молодой человек, потому что следующее поколение будет держаться на его плечах!
Принципы превыше политики
Почти с самого момента основания партии «Агудат Исраэль» в Польше рав Аарон поддерживал ее и был активен в ней. Его тесть, рав Иссер Залман, присутствовал на первом Кнессия Гдола (Великом собрании) в Вене в 1923 году, а сам рав Аарон присутствовал и играл активную роль во время решающего третьего Кнессия Гдола в Мариенбаде в 1937 году.
В крайне политизированной атмосфере межвоенного польского еврейства образование — как и любой другой аспект общественной жизни — обычно действовало в рамках политической принадлежности к определенной партии и платформе. Из-за опасений по поводу сбора средств ешивы, как правило, воздерживались от открытых ассоциаций такого рода. Рав Аарон, однако, не стеснялся занимать жесткие политические позиции, даже если это означало оттолкнуть доноров, которые были сторонниками движения «Мизрахи».
Десятилетия спустя подобная проблема возникла в Америке, когда рав Аарон в 1956 году стал инициатором запрета на участие в смешанных советах раввинов (куда входили представители реформистов). В послевоенный период рав Аарон был повсеместно признан лидером «Агудат Исраэль» в Соединенных Штатах и, что еще удивительнее, даже в Израиле. После того как рав Реувен Грозовский в 1952 году отошел от дел из-за болезни, рав Аарон занял пост председателя Совета великих мудрецов Торы (Моэцет Гедолей а-Тора) «Агудат Исраэль» Америки. Он занимал жесткую позицию по многим современным вопросам как в США, так и в Израиле, и вызывал гнев даже у сторонников своими громкими протестами против израильского закона о призыве женщин в армию, а также последовавшего предложения о шерут леуми (альтернативной службе). Ничто не могло встать на пути пожизненного стремления рава Аарона к истине.
Лидер «Мизрахи», варшавский адвокат Зерах Вархафтиг, который поддерживал тесные отношения со многими ведущими главами ешив, включая Рава Аарона, и который позже сыграл важную роль в спасении студентов ешив и глав ешив в военные годы, вспоминал в своих мемуарах разговор с Равом Аароном об одной из граней его общего неприятия сионизма:
«В моих многочисленных беседах с Равом Аароном Котлером, как и с Равом Хаимом Озером Гродзинским, у меня сложилось впечатление, что они рассматривают изучение Торы и любовь к Торе как всеобъемлющее мировоззрение. Они беспокоились, что любовь к Сиону и Иерусалиму будет конкурировать за последователей среди еврейской молодежи, и что последняя любовь займет место первой».
