Сокровище рава Салантера
Рав Яаков Галинский
Сегодня я хочу вам подарить драгоценный дар, настоящее сокровище. Золотой ключ, с помощью которого вас оправдают на Суде.
Ключ этот не мой. Это замечательный, проверенный совет великого рава Исраэля Салантера («Ор Исраэль», письмо 7). Мы только добавим ему вступление и окончание.
Известны слова рава Салантера: чтобы быть оправданным на Суде, нужно бояться Суда. Он приводит доказательство из трактата «Рош а-Шана» (16б), где сказано, что каждый год, который беден вначале, обогащается в конце. Раши объясняет, что сыны Израиля в Рош а-Шана представляют себя бедными и обездоленными, чтобы молиться и взывать к Творцу, как сказано (Мишлей, 18:23): «Нищий говорит умоляюще». А именно – со сломленным сердцем, как говорится в другом месте в трактате «Рош а-Шана» (26б), что шофар обязательно должен быть согнутым (а не прямым), и это намек на то, что чем больше человек сгибается и принижает себя в молитве, тем лучше.
Вопрос, как прийти к этому, когда сердце у нас черствое, окаменевшее, закрытое со всех сторон. Как пробить в нем хотя бы трещинку, как раскрыть Творцу отверстие хотя бы с игольное ушко.
У рава Салантера есть совет, как это сделать, и это очень глубокая основа в человеческой душе. Поэтому и стоит объяснить это подробнее.
В трактате «Санедрин» (42а) говорится, что каждый, кто благословляет новый месяц вовремя, как будто встречает лик Шхины. Почему из всех молитв и благословений выделяется именно освящение нового месяца, так, что даже сравнивается со встречей Шхины? Объясняет рабейну Йона: сказано (Рош а-Шана, 25а), что Луна «иногда появляется долго, а иногда кратко». В течение дня мы всегда знаем, где в данный момент находится Солнце. Однако кто знает, где этой ночью покажется Луна? Ее местоположение каждый раз удивляет заново. Поэтому это вызывает восхищение, и мы видим руку Творца, которая размещает Луну на небе по Своему желанию. Это и есть «встреча лика Шхины». Рав Йерухам из Мира заметил («Даат, хохма и мусар», ч.1, статья 40), что астрономы, знающие, каков маршрут Луны, не удивляются (безусловно и наши мудрецы знали ее маршрут). Но для нас это неважно, ведь на самом деле нам следует восхищаться каждым восходом и заходом солнца и восхвалять Творца за каждый вдох и выдох. Однако это лишь понимание разумом, а такие вещи не оказывают влияние на сердце. Язык сердца – это восхищение и восторг, и если мы восхищаемся Луной, то для нас это «встреча лика Шхины».
Когда Саба из Кельма ушел из жизни, его сын и зять передали его рукописи, множество его бесед и статей, его ученику, раву Йерухаму из Мира. Много лет рав Йерухам трудился над их разбором и упорядочиванием, поскольку они охватывали огромное количество тем. И что он решил поставить во главе, с чего начинаются два тома книги «Мудрость и мусар»? Со статьи «Сила воображения». Когда человек ярко представляет что-то, это действует на сердце и пробуждает его.
Нам заповедано помнить выход из Египта и подробно рассказывать о нем. Агада спрашивает, когда рассказывать? «Может быть, с начала месяца? Мы учим: «в тот день». В тот день, но, может быть, заранее? Мы учим: «ради этого» – только в тот момент, когда маца и марор лежат перед тобой»». Что нам добавляет именно этот момент – ночь выхода из Египта, что добавляют маца и марор? Яркую, ощутимую картину!
Саба из Кельма просил, чтобы Всевышний показал ему, хотя бы во сне, Геином. Ведь увидеть своими глазами – это очень сильно повлияет. Ведь сказано (Бемидбар раба, 23:5), что Всевышний показал Моше рабейну все, что на Небесах и на земле, и даже под землей. Когда показал ему Геином, Моше испугался. Всевышний успокоил его: «Я показал его тебе, чтобы ты увидел своими глазами, но ты не попадешь туда» (Дварим, 34:4) А ведь о Моше рабейну сказано, что трепет перед Творцом был даже ниже его уровня, и все равно, когда он увидел – устрашился. В этом и заключается сила картины!
Я слышал от Стайплера: говорится в трактате «Недарим» (22а): «Каждый, кто гневается – все виды Геинома владеют им. И более того – им овладевает болезнь кишечника, как сказано: «Пошлет тебе Всевышний сердечные терзания, помрачение глаз и душевную муку» (Дварим, 28:65). Что омрачает глаза и мучает душу? Это кишечная болезнь».
Стайплер удивляется: Рамбан в книге «Шаар а-гмуль» пишет, что один час в самом легком отделении Геинома страшнее, чем вся жизнь Иова, полная тяжких страданий. Как же, после того, что человека предостерегают, что гнев может привести к страшным видам Геинома, говорят «и более того», он заболеет еще и кишечной болезнью! Это непонятно. «Но что поделаешь, — говорит Стайплер, — Геином – на Небесах, а болезнь кишечника – вот она, здесь!» Геином – это абстрактное для нас понятие. А кишечная болезнь – ощутимое. А на человека влияют не знания, а ощущения!
В итоге Саба из Кельма решительно утверждает: «Разница между праведником и злодеем заключается лишь в одном: силе воображения. Ведь кому не желанно постоянное добро? Злодею не хватает лишь силы воображения, это не недостаток веры, как обычно считается». Ведь «злодеи знают, что их путь приводит к смерти» (Шаббат, 31б), однако чистое знание не оказывает влияние на человека. В трактате «Тамид» (32а) говорится: «Кто мудр? Тот, кто видит будущее (последствия)». Злодей тоже знает, какие последствия его ожидают. А мудрец видит их, ощутимо и реально. Он мобилизует силу воображения, и поэтому преодолевает свое дурное начало.
Давайте подытожим: совет, как быть оправданным на Суде – это страшиться Суда, а как мы можем бояться, если наше сердце непробиваемо? Ответ в том, что на сердце действуют ощутимые вещи, яркая картинка, и, если мы найдем такую картину, и сердце раскроется – мы будем оправданы на Суде. Рав Исраэль Салантер нашел для нас такую картину в словах Гемары (Рош а-Шана, 26а). В Мишне сказано, что любые рога годятся для шофара, кроме рога быка. Одна из причин – это напоминает о грехе золотого тельца, а обвинитель не может стать защитником. Кроме того, там также говорится, почему первосвященник не служит в Йом-Кипур в своих золотых одеждах. По этой же причине: обвинитель не может стать защитником, а золото напоминает о грехе золотого тельца. Почему же в самом Храме он может служить в золотых одеждах? Потому, что запрет только входить внутрь, в Святую Святых. А почему же тогда запрещен шофар из рога быка, ведь в него трубят снаружи? Потому, что шофар служит нам напоминанием – и это подобно входу внутрь.
Рав Исраэль Салантер пишет об этом: «Поскольку сила воображения приносит пользу мусару, пусть человек представит себе, что если бы он был первосвященником и должен был бы войти в Йом-Кипур в Святую Святых, он был страшно боялся, как бы не постигло его несчастье, не дай Б-г. Так он сможет укрепить веру в слова наших учителей, мудрецов времен Талмуда, которые запретили шофар из рога быка, поскольку обвинитель не становится защитником. Хотя в Храме и разрешалось служить в золотых одеждах, но шофар, поскольку он нужен для напоминания, и в это время вспоминают обо всех деяниях человека и судят каждое из них, он подобен первосвященнику, входящему в Святая Святых, и это совершенно реально! Как же сильно затрепещет сердце человека, который глубоко задумается над этой страшной действительностью!»
Ах, какое сокровище он нам дарит! Представить себе в момент трубления шофара, как будто мы в страхе и трепете поднимаемся по пятнадцати ступеням, проходим через врата Никанора и входим в Храм. Слева возвышается огромный жертвенник высотой в десять локтей, напротив нас – стена высотой в сто локтей, облицованная синим, зеленым и белым мрамором, подобно морской воде. Мы поднимаемся по ступеням к вратам внешнего зала, который окружают золотые виноградные грозди, поднимаясь на высоту 40 локтей к золотой люстре и узорчатым выступам ввысь, и далее, внутрь, с благоговейным трепетом.
Перед нами жертвенник, на котором приносят воскурения, справа – стол хлебов приношения, слева сияет Менора. А сбоку высокие занавеси, из-под которых пробивается чудесный возвышенный свет, сияние Святая Святых.
Со страхом и трепетом мы идем по проходу между двумя занавесями, сияние все более усиливается, оно уже просто слепит нас, еще немного, мы повернем и встанем напротив…
напротив…
напротив арон а-брит, где лежат Скрижали Завета, высеченные на сапфировых камнях перстом Творца. Мы увидим золотое покрытие и двух крувим, простирающих крылья. Отсюда Моше слышал голос Всевышнего, это место, где находится Шхина.
А я стою тут, как есть, без прикрас, со всеми своими недостатками и изъянами, и меня изучают, проверяют, как на рентгене, и вспоминают все мои поступки.
Вчера я так самодовольно просил года, который будет, как «яблоко с медом», я просил быть «во главе, а не в хвосте», а теперь я стою и дрожу от страха, полностью «просвеченный» сиянием Шхины…
Именно эта дрожь, этот страх перед Судом, он и поможет мне быть оправданным!
Да, это сокровище рава Исраэля Салантера.
Но мы пообещали и окончание. Начнем с мидраша (Берешит раба, 65): «Почувствовал (Ицхак) запах его одежды и сказал: «Запах моего сына – как запах поля, которое благословил Всевышний». И даровал ему благословения. Мудрецы комментируют стих «почувствовал запах его одежды» так: «Читай не «бгадав» (его одежды), а «богдав» (его предателей)» (Санедрин, 37а). Мудрецы объясняют, что Ицхак собирался дать благословение не только самому сыну, а всему народу, который произойдет от него. Духом святого постижения он «просмотрел» все будущие поколения, вплоть до самых низменных евреев, и успокоился. В пример таких «предателей» мидраш приводит историю о Йосефе Мешита. Когда римляне пожелали разграбить сокровища Храма, они боялись войти в него. Что они сделали? Подкупили одного еврея – нечестивца, вероотступника, по имени Йосеф Мешита, и сказали ему: мол, пусть войдет, и что вынесет – будет его. Он вошел, и вынес золотую Менору. Сказали римляне: «Эта Менора достойна стоять во дворце у царя! Зайди снова, и что возьмешь – теперь точно будет твое».
Ответил он: «Недостаточно мне, что я разгневал своего Творца один раз, так я буду Его сердить второй раз?» И отказался!
Они стали обещать ему золотые горы: три года взимать налоги со всего Израиля – он не согласился. Стали угрожать – тоже не помогло.
Тогда они положили его на верстак и стали пилить! А он кричал от боли: «Горе мне, горе мне, что я разгневал своего Творца!»
Спрашивает рав Хаим Шмулевич: он ведь был легкомысленный негодяй, он согласился войти в Дом Всевышнего, чтобы грабить его сокровища! Сколько уж стоила Менора, а тут ему предлагают налоги со всего Израиля на три года, это сотни миллионов… Как это он в один момент превратился в святого, готового пожертвовать своей жизнью ради освящения Имени Всевышнего? Ответ вот каков: он вошел в Храм, место присутствия Шехины! Он был низменным «огречившимся» негодяем, он вошел туда, чтобы грабить, и все равно это превратило его в другого человека! Из еврейского преступника он стал тем, кто отдал свою жизнь во имя Творца!
А ведь «шофар, поскольку предназначен для напоминания, подобен входу внутрь», не во двор Храма, а в саму Святая Святых! Если так, мы должны выйти оттуда другими людьми! Совсем другими!
Перевод: Л. Шухман
